— А вот это было интересно. Произнес Джино, перестав улыбаться. — Если бы его учили мечу может и получилось бы.

— Да, ты прав, парня пытались обучать, но как-то странно, не могу понять. — кивнул старший мастер. — Ты же видишь.

— Вижу, — согласился Джино. — Он стопу проворачивает немного не правильно, гибкости не хватает ему в пояснице. Тянется, как будто мешок разгружает, весь напряженный, но основа сразу чувствуется, баланс у парня присутствует, и ноги устойчивы. Немного тренировок это исправят. Но главное, мозги и видение есть. Он понял, как справиться с Энцо.

— Но не справился же! — возмутился юноша одной мысли об этом.

— Потому что его не учили. — повторил Джино. — Но он точно увидел это, и попытался сделать, но сноровки не хватило.

— Не забывай, ты учишься с рождения, а по нему сразу видно, что он меч взял впервые, — напомнил главный мастер школы. — Если его погонять несколько лет, будет неплохой результат.

— Так вы берете меня?

— Хорошо парень, — неохотно произнес мастер после долгого молчания. — Мы попробуем, а там поглядим. Но предупреждаю, если возникнут какие-то проблемы, то мы с тобой сразу расстанемся без сожалений.

— Я согласен мастер. — Я слегка поклонился ему, лишним не будет.

— Ну тогда Дарий приходи ежедневно, по утрам. Золотой в месяц твоя плата. Нет денег, приходи, когда будут.

Я снова поклонился мастерам и пошел довольный к себе в комнату. День определенно удался. Только я не решился спросить, боясь показаться мелочным, про золотой который я уже отдал им. Это было за возможность показать себя, или он уже включал месячную плату. Раз они не обмолвились ничего про это, вряд ли это была случайная забывчивость с их стороны. Значит он был только за возможность сразиться с Энцо. Придя и заказав мыльню, чтобы смыть всю грязь, я подсчитал оставшиеся у меня финансы, выходило не очень, за несколько недель я потратил большую часть серебра и два золотых. И все что я мог позволить себе, это заплатить за тренировки всего за полгода. Оставшиеся мне было необходимо чтобы снимать комнату и на еду. Я вздохнул, мне нужна работа. Надо будет сходить к травнице, узнать у нее насчет ее таблички на двери про помощника, не просто для красоты же она висит.

С этими мыслями я и уснул.

Спалось мне отвратительно, и кроме как кошмаром я никак не могу это назвать, я мучился всю ночь метавшись по кровати, меня бросало то в жар, то в холод, было ощущение, что с меня сняли кожу и я был как один обнаженный нерв. Мне грезилась обнаженная молодая девушка, которая загораживает ярко светящееся, бьющееся сердце. Сердце висящее в непроглядной чернейшей пустоте. Из-за этого ослепительного сияния я не мог рассмотреть ее. Виден был только силуэт, темный силуэт на фоне яркого света. С одной стороны, меня обжигал жар исходящий от ослепительного сердца, с другой стороны, вокруг была непроглядная темнота и стоял жуткий, мгновенно пробирающий до костей холод. Как будто тебя выкинули в глубокий космос, где только одна звезда — прямо перед тобой. Девушка мне что-то говорила и протягивала ко мне руку. Но я никак не мог разобрать ее слов, что именно она мне говорит, и коснуться ее я тоже не мог, как бы не силился протягивая руку навстречу. Будто была невидимая преграда, которую я никак не мог преодолеть. Так я метался всю ночь, и никак не мог проснуться, находясь посередине реальности и сна. Только под утро я провалился в спасительное забытье, уже на краю сознания почувствовав осторожное касание на своем лице, легкое как дым.