— Привет, пап.
— Привет, дочь.
Он подошёл и поцеловал меня в висок. Как всегда. Будто мне всё ещё было пятнадцать, и я только вернулась домой после школы. Отец не спросил, почему я приехала без предупреждения. Не спросил, почему выгляжу так, словно не спала всю ночь. Он вообще редко задавал вопросы сразу. Сначала смотрел, потом думал и только потом говорил.
Он обошёл машину и открыл заднюю дверь. Алиса проснулась почти сразу. Моргнула, несколько секунд сонно смотрела на него, а потом сильнее прижала зайца к груди. Отец наклонился.
— Проснулась?
Она молчала. Большие карие глаза внимательно изучали его.
— Не узнала дедушку? — спросил он.
Алиса перевела взгляд на меня.
— Мама.
— Да, зайка. Это дедушка.
Алиса осторожно протянула ему зайца. Отец посмотрел на игрушку. Потом на неё.
— Мне?
Она кивнула. Он взял зайца двумя пальцами, внимательно осмотрел и серьёзно произнёс:
— Хороший.
Алиса наконец улыбнулась. Через минуту она уже позволила ему расстегнуть ремни. Ещё через несколько секунд оказалась у него на руках, одной рукой обняв за шею, а второй пытаясь забрать обратно своего зайца.
— Быстро ты, — пробормотала я.
Отец посмотрел на меня поверх её головы.
— Умею договариваться.
— С полуторагодовалым ребёнком особенно удобно. Она пока не знает, кто ты.
— Тем лучше.
Он понёс Алису к дому. Я достала сумку и пошла следом. На крыльце появилась мама.
— Катенька, вы уже приехали?
Она спустилась навстречу, даже не надев обувь до конца. На одной ноге туфля сидела нормально, на другой пятка всё время выскальзывала.
— Почему ты не позвонила? Я бы приготовила обед раньше. Алиса ела? Она не замёрзла? Почему без кофты?
— Мам, на улице двадцать семь градусов.
— В машине кондиционер.
— Она не замёрзла.
— Откуда ты знаешь?
— Потому что я её мать.
Мама уже не слушала. Она обняла меня, быстро поцеловала в щёку и тут же потянулась к Алисе.
— Иди ко мне, моя девочка.
Алиса отвернулась и сильнее прижалась к отцу. Мама возмущённо посмотрела на него.
— Аверин, что ты уже ей наговорил?
Папа усмехнулся и понёс Алису в дом. Мама снова посмотрела на меня. На этот раз внимательнее. Слишком внимательно.
— Что случилось?
— Ничего.
— Катя.
— Мам, давай не сейчас.
Её губы сжались. Она не поверила, но настаивать не стала. Только взяла меня под руку и повела в дом. Внутри всё осталось почти таким же. Светлый холл. Большое зеркало у лестницы. Низкая консоль, на которой мама десятилетиями меняла цветы в зависимости от сезона.
На стене висели семейные фотографии. Артём в школьной форме. Я в белом платье с огромным бантом. Наш общий снимок с отдыха, где мне было лет десять, а Артём смотрел в камеру с выражением человека, которого насильно заставили фотографироваться с младшей сестрой.