— Ты следи за базаром, — холодно сказал я. — Здесь ругаться могу только я, если что.

Поднял их, обшарил карманы. Никаких документов, ничего.

— Фамилия, имя, отчество? — спросил я.

— Да пошёл ты, — процедил Пухлый.

Долговязый вообще упорно молчал, будто у него язык прирос к зубам.

— Ладно, — сказал я, — сейчас доставлю вас в отдел, посажу в клетку, посмотрим, как вы запоёте. Пробьём пальчики по базе, установим личность, а там, глядишь, и на заказчика выйдем.

При этих словах бравада у Пухлого заметно спала, он понуро опустил голову.

Я наклонился, подобрал пруток, сунул его в карман Долговязому. Пускай будет улика. Конечно, их показания, двоих человек, против моих — ерунда, скорее всего, ничего не выгорит. Но напугать и прижать их, пока они задержаны — это я смогу. Может, расколются.

— Вперед, шагом марш, — скомандовал я и повёл их из парка к своей машине.

Нужно было добраться до «девяносто девятой», усадить их и довезти. По дороге подумал, что сажать их двоих в машину — идея не очень. Один из них, получается, будет на заднем сиденье и в любую секунду может рвануть, ударить. Даже в наручниках можно устроить проблемы человеку за рулём, когда он не видит, что сзади. Так не пойдёт, сделаем по другому.

Я достал телефон, хотел сообщить в дежурку, вызвать наряд. Но холодный воздух сделал своё — батарея вдруг сдохла в самый неподходящий момент, экран потух.

Вот черт. Не везёт — так не везёт. Ладно, выход есть. Потопаем пешком. Отдел не так близко, но надёжнее идти своим ходом. Минут тридцать-сорок, и будем на месте.

* * *

Мы шагали по пустынным улицам. Эти двое впереди, я позади. Вышли на главный проспект. Здесь был светофор.

— Стоять, — сказал я им.

Нам горел красный, хотя дорога была абсолютно пустынной. В такое время машин не было. Да, будь я один, я бы перешёл и на красный. Но следить за собой и ещё за двумя пленниками на запрещающий сигнал светофора — это как-то не комильфо. Задержанные подчинились, встали.

В это время мимо, откуда ни возьмись, пронеслась «Приора», оттуда гремела басами музыка, стёкла были тонированные, заниженная — настоящий модный тазик на колёсах. Да и ладно бы что хорошее слушали, а то дебильная песня про бороду.

«Приора», выравнявшись с нами, замедлилась. Водила явно рассматривал нашу компанию. Необычная компания: Пухлый и Долговязый — со скованными руками, да ещё я — молодой парень с руками в карманах.

«Приора» проехала дальше, потом с визгом шин развернулась и остановилась на другой стороне дороги.

Стекло опустилось. Оттуда высунулась бородатая морда.

— Эй!