— Ой, здрасьте! — воскликнула она. — Катька, я к тебе! Ты когда на работу выйдешь? Извините, что так ворвалась, но там Акбарчик рвёт и мечет, работать, говорит, некому, а я не успеваю, а мне кровь из носу надо выходной завтра взять. Ну ты не думай, я на тебя не давлю… я и поддержать так-то хотела. Давай чайку попьём, я тут тортик купила, — показала на пакет. — Мальчики, будете чай с тортиком?
— Так вот, — сказала Катя, указывая на Эллу, — ей и отдала серёжки. Это её были серёжки.
— Серёжки? — переспросила Элла.
Катя незаметно ей кивнула, мол, поддержи, подруга, помоги. Я заметил этот кивок, этот взгляд.
— А, да, серёжки, — глупо повторила Элла, не понимая, о чём речь.
— Те самые, — улыбнулся я. — Серёжки с красным камушком, красивые, да?
— Да, да, — закивала Элла, чтобы только поддержать разговор, как, ей казалось, и просила Катя.
— Да-а, заврались вы, девоньки, — сказал я и шагнул на кухню мимо хозяйки.
Открыл створку под раковиной, вытащил мусорное ведро, полупустое. Там были только упаковки от йогурта и бумажки. Вывалил всё это на середину. Из ведра вывалилась и серёжка с зелёным камушком. Одна-единственная.
Я поднял её, подержал в ладони и посмотрел на Катю.
— Одну ты оставила на месте преступления, вторую выкинула. Теперь тебе точно придётся дать показания. Но не здесь. Поедешь с нами.
И вдруг у Кати в руке оказался нож. Никто не понял, откуда она его выхватила. Может, сразу припрятала в карман халата, может, сейчас схватила с тумбы. Она рванула к Элле, схватила её за волосы, притянула рывком к себе и приставила лезвие к горлу.
— Ай! Ты что творишь⁈ — взвизгнула Элла в панике.
— Заткнись, дура! — шикнула Катя на нее, сверля меня взглядом. — Уходите! Уходите все! Оставьте меня! Или я не знаю, что сделаю!
Глава 9
— Тихо, тихо, спокойно! — проговорил я, чуть приподняв руки, чтобы она видела, что у меня ничего нет и я не опасен.
Катя смотрела на меня диким и очень решительным взором, так что нужно было быть очень аккуратным. Я продолжил говорить в том же темпе:
— Если причинишь ей вред, тебе самой будет только хуже. Тебе ведь некуда бежать.
— Он должен был сдохнуть, — ответила Катя, слова прозвенели декабрьским льдом. — Он меня задержал, помешал моим планам. Я хочу встретиться с отцом. Найти его. А он…
— Мы найдём твоего отца. Мы уже этим занимаемся. Ты встретишься с ним. Отпусти Эллу.
— Уходите! — прорычала она, сильнее прижимая лезвие к горлу подруги.
Голос её изменился до неузнаваемости. Она была похожа на загнанного зверя — и, несомненно, была опасна.
Элла в ужасе молчала, даже вдыхала и выдыхала с трудом, с лёгким сипом. Она все сжалась в Катиных руках. Та держала ее мертвой хваткой.