— Вот ты кот мартовский… вот подлиза. Что тебе на этот раз надо?

— Яночка, ну что ты сразу так начинаешь? Почему сразу — надо? Разве я не мог просто соскучиться?

— Ага, — хмыкнула она. — По кому ты ещё так скучаешь? Много по кому, наверное, да, Сашенька?

— Да нет, конечно. Смотри, какой красивый букет. От чистого сердца я тебе принёс. Можно сказать, все мои чувства к тебе в нем собрались.

— Ой, Сальников… ладно уже, заходи. Чай будешь?

— Ну, разве что попозже, — хитро улыбнулся он и проскользнул в квартиру.

Впрочем, быстро оказалось, что им не до чая. Спустя час лежали разгоряченные в постели, играла тихая, спокойная музыка из умной колонки на прикроватной тумбочке.

— Вот не знаю, Сальников, что я в тебе нашла, — задумчиво пробормотала Яна, прижавшись к мужскому плечу. — Сколько раз зарекалась не пускать, а всё равно… умеешь ты найти подход. Жук… Или я такая дура, хотя психолог же… или ты такой проныра. Вот скажи мне, почему все всегда повторяется?

— Яночка, золотце, — притянул её к себе и поцеловал Сальников. — Ты не права. Может, это судьба у нас такая.

— Ну-ну, судьба, — хмыкнула она. — С бабником встречаться — не хотела бы я себе такую судьбу.

— Но всё же сейчас хорошо у нас. Расслабься. Жизнь — прекрасна…

— Да, ты прав, — тихо сказала она после паузы — Разучилась я расслабляться. Помогаю людям, консультирую, их проблемы пропускаю через себя… а сама… самой и поговорить-то толком не с кем.

— Ха, сапожник без сапог, — хохотнул Сальников, — ну сходи к психологу тоже. — Он тут же осёкся. — Да шучу я, шучу, не обижайся. Не дуйся.

— А я и не дуюсь, — спокойно сказала Яна, повернувшись к нему. — Я просто задумалась. Ты думаешь, психологи не ходят к психологам?

— Ну, конечно, нет. Зачем им это? Они же сами с усами, — ухмыльнулся Саша.

— Ещё как ходят, — ответила она.

— А нафига? — удивился он.

— Ой, Саша, давай не будем об этом. Ты всё равно не поймёшь.

— Ну да, конечно, — хмыкнул он с довольным видом. — Мне-то мозгоправ не нужен.

— Чем примитивнее животное, — усмехнулась Яна, — тем меньше у него психических расстройств.

— Э-э-э, погоди, — возмутился Сальников. — Это ты на что намекаешь? Что я тупой мужлан и…

— Нет, Саша, — перебила она, улыбнувшись. — Ты кобель. Животное. Вот это, наверное, меня и привлекает. Маскулинная, да нет, даже анималистическая сила.

Она с хитрой улыбкой обняла его, поцеловала, и их тела снова сплелись. Уже без всяких слов.

И только потом, наконец, добрались до чая. Яна, в махровом халате, хлопотала у плиты, ставя чайник и звеня чашками. Сальников, в одних трусах, сидел за столом, как хозяин, и уплетал эклеры из вазочки.