Я прижалась к его груди, чувствуя, как содрогается все тело.

— Отнеси меня в ванну... — прошептала я, закрывая глаза.

Он не ответил, но руки его подхватили меня снова, лёгкие, как перо.

Дождь за окном стих, я ждала, пока наполнится ванна. Вода была горячей, почти обжигающей, наполненной маслами с ароматом лаванды. Даниш опустил меня в неё медленно, словно боясь, что я растворюсь в воде.

— Можешь оставить меня... — я попыталась выговорить, но он уже снимал рубашку, обнажая тело.

— Нет. Если оставлю, заплачешь. Я же уже сказал. Я не оставлю тебя больше никогда, — сказал он тихо, шагая в воду. — Особенно сейчас. Ты пережила потрясение, а то, что между нами было, лишь усугубило это.

— Не усугубило.

— Не спорь.

Его пальцы скользили по моей коже, смывая следы ночи — пот, соль, слезы. Губка касалась шее, плеч, груди, заставляя мурашки бежать вниз, к животу.

— Холодно? Ты дрожишь, — прошептал он, целуя мое плечо.

— От тебя...

Он усмехнулся, опустился ниже, проводя мочалкой по моим изгибам.

— Чистая, — произнёс он, целуя мою шею.

Я закрыла глаза, чувствуя, как сердце колотится в горле.

Даниш вынул меня из воды, завернул в полотенце, отнёс на кровать. Лёг рядом, целуя ключицы и грудь.

— Это блаженство, смотреть на тебя такую. Расслабленную, разгоряченную. Я хочу сделать тебе ещё приятнее, — сказал он, опускаясь между моих ног. — Хочу, чтобы ты знала, что ожидает тебя в нашем будущем.

Первый поцелуй там был лёгким, как крыло бабочки. Но этого было достаточно, чтобы глаза помутнели, а сердце неистово забилось. Потом язык задвигался — медленно, кругами, заставляя меня вздрагивать каждый миг.

— Даниш... О, Боги...

Он не ответил, углубился, ласкал, кусал, доводя до изнеможения. Я схватила его за волосы, не зная, то ли тянуть прочь, то ли прижимать ближе. Волны удовольствия накатывали, становились выше, резче, пока не смыли меня целиком.

Я ахнула, выгибаясь, чувствуя, как тело растворяется на части.

Мужчина поднялся, обнял, прижал к себе.

— Ты прекрасна, — прошептал он. — Я люблю тебя, Александра. И буду защищать тебя всегда. Какое бы ты имя не носила, где бы ни была, я отыщу твои глаза из миллионов и верну на истинное твое место — рядом со мной, как и должно быть.

После этого было медленно, нежно. Он вошёл в меня, глядя в глаза, шепча что-то по-чешски. Движения были ленивыми, глубокими, как прилив, затягивающий на дно.

Я обняла его за плечи, чувствуя, как тело наполняется теплом.

— Не уходи...

— Никогда, — пообещал он, целуя меня в губы.

Блаженство пришло тихо, как осенний листопад — без боли, без суеты, просто растворив меня в нём.