Затишье перед грозой
Я уложила волосы в тяжелую косу, которая мягко покачивалась у бедра, когда я двигалась по кухне. Фартук с вышитыми апельсиновыми ветвями защищал платье от брызг молока — сегодня я решила приготовить для близнецов овсяную кашу с изюмом. Ималдин всегда ворчал, что это "едят только старухи в монастырях", но съедал свою порцию до последней крошки ради десерта.
Когда я расставляла тарелки на стеклянной террасе, где даже зимой было тепло благодаря атмосферным батареям, в комнату ворвались двое.
— Где пудинговый пирог? — Ималдин, пятнадцатилетний, по крайней мере, внешне, упер руки в боки. Его слепые глаза, скрытые под черной шелковой повязкой, будто сверлили меня насквозь.
Я замерла. Пудинговый пирог. Такой он любил в том детстве — до Колеса, до Нетленных.
— Ты… вспомнил? — осторожно спросила я.
Он нахмурился, резко отвернулся и плюхнулся на стул.
— Нет.
Но это была ложь. Я видела, как дрогнули его пальцы.
Анатель, теперь десятилетний, молча сел рядом и начал есть, игнорируя брата. Его голубые глаза, такие же, как у нашей матери, скользили по моему лицу, словно спрашивали: "Зачем ты его мучаешь?"
Я разливала цветочный чай с медом, когда в арке террасы раздался стук. И тут же — кашель.
Моя чайная ложка звякнула о блюдце.
— Добрый день, леди Лорелей!
Голос — мягкий, как бархат.
Я обернулась. Чай пролился на скатерть. На пороге стоял Базиль Делакруа.
Я знала его. Владелец "Черного Делакруа" — самого роскошного клуба Дэсмура, где сливки общества теряли состояния за карточными столами. Его васильковые глаза сейчас смотрели на меня с беспокойством.
— Господин Делакруа… — я быстро вытерла лужицу чая на столе. — Что привело Вас в наше скромное жилище?
Он улыбнулся — искренне, без привычной светской маски, поправляя золотистые пряди, выбившиеся из-под цилиндра.
— Я не мог спать спокойно с тех пор, как ты исчезла из клуба пять месяцев назад. Признаюсь, искал тебя. Даже приезжал в поместье, но твои тетя и дядя сказали, что ты пропала. — его пальцы сжали трость. — Потом я прочел в газетах, что тебя нашли… Мне нужно было убедиться, что с тобой все в порядке, Сандрина.
Ималдин фыркнул, едва не расплескав чай на Анателя. Повязка съехала с его глаз, и я тут же поправила ее, но Базиль уже заметил.
— Прости за дерзость, но… что случилось с твоим братом?
Я натянуто улыбнулась.
— Несчастный случай. Он опрокинул на себя лампаду…
Ималдин дернулся, и я сжала его руку.
— …Бедный мальчик, — пробормотал Базиль.
— Насчет моего исчезновения. Оно не было преднамеренным. Были… обстоятельства.