И это ударило даже больнее его грубости...
Боги… Я же сама всё разрушила! Разрушила эту араунскую сказку, эту ночь, когда я была наконец счастлива… А всего-то надо было не искать книгу...
– Нет… – тихо ответила я, сжавшись в комок и действительно прикрывшись. Сердце, только что получившее облегчение, и даже счастье, разбились вдребезги и острыми осколками теперь царапали меня изнутри.
– Так какого Арауна, Алессандра?! – рявкнул он, садясь на кровать напротив меня и утыкаясь лицом в ладони, – Боги… Зачем я потратил на тебя десятки сезонов?! Зачем только?! Ты хоть понимаешь, – он снова поднял на меня глаза и стал буквально шипеть, от чего я совсем вжалась в кресло, будто пытаясь слиться с ним, – Что ты сделала?! До тебя доходит?! Ты только что пришла сюда, рискуя собственной жизнью, не зная даже за чем, спонтанно, ничего не узнав, решила меня обмануть, соблазнила, а после продемонстрировала тот дар, который твой отец прятал ото всех! О котором никто не знает! А если бы о нём не знал и я?! Ты хоть понимаешь, насколько себя подставила?!
Подорвавшись с места, он схватил меня за плечи и ощутимо встряхнул, из-за чего я всхлипнула, кусая губы до крови.
– А же годами говорил тебе: ничего не делай своими руками! Ничего! Зачем?... Почему ты такая глупая?! У меня в конце концов слуга есть! И в его неподкупность я не верю! Просто цену никто ещё не предложил стоющую! А ты даже не пыталась добраться до книги через него… – впав в самую настоящую ярость, Геральт настолько сильно меня тряс, что моя голова качалась туда-сюда с такой силой, будто вот-вот оторвётся и укатится прочь.
– Геральт… – позвала я его, чувствуя его магию, что разливалась вокруг и оседала плотным туманом, не давая дышать.
– Геральт?! – процедил он сквозь зубы, – Не стоит меня так тебе называть, Лесси! Явно не стоит! – усмехнувшись, Советник вновь вернул себе контроль, но переместил одну из рук на мою шею, ощутимо сжав. Настолько, что буквально одно усилие – и я бы не смогла дышать. Теперь я испугалась по-настоящему, настолько, что стала хлопать его по руке ладонью, при этом боясь даже подать голос, – Лесси, принцесса моя, а ты помнишь, что самое важное и ценное в отношениях двоих субьектов? – я активно закивала, тем самым вызвав на его губах не то безумную, не то кровожадную улыбку. Я помнила, прекрасно это помнила и знала, что он скажет дальше. Но озвучить не посмела, полностью переключив внимание на его улыбку. Ведь стоило ей проявиться, как я вздрогнула, – Помнишь… Ты помнишь, что это доверие… А как мне теперь тебе доверять?! – его голос сорвался, после чего он, всё-таки сжав мою шею, немного приложил меня о мягкое кресло. Впервые за всё время, что я его знаю, он позволил себе столько эмоций. Впервые…