– Сад Вайнтер на этаж ниже, – шёпотом ответил Геральт, большим пальцем гладя мою кожу, – А там, по её приказу, всегда должно быть тихо, чтобы слышать птиц… Вот уж за что я действительно ей благодарен… Они с королем создали чудеснейшее во всём Авалоне место…
– Да, я тоже иногда в него хожу… Но не думала, что это была её инициатива… – улыбнулась я, поворачиваясь к нему лицом и с сожалением глядя в его глаза, – Мне пора уходить…
– Согласен… – хмыкнул сидхэ и вновь поцеловал меня, заставив прильнуть к нему ближе.
Однако, мне всё же действительно пришлось встать и уйти, быстро накинув на себя платье и туфли, кое-как собрав волосы в пучок и взяв в руку перчатки.
Жаль… Но, пока Лиан не займет трон, так и будет…
Но, несмотря на это, я вновь шла и радовалась, настолько сильно и ярко, что вокруг меня цвело абсолютно всё: каждый листик, каждый цветок, каждый стебель…
Такое так редко случалось со мной раньше…
– Ты думаешь, что выиграла? – я и не заметила, как из-за угла вышла та, о ком мы с Советником недавно говорили. И снова в перламутрово-синем платье. Идеальная… – Он не твой! – хмыкнула Вайнтер, хищно улыбнувшись.
– Ты о ком? – я даже сначала не поняла, о ком речь, а после, смотря на её ледяное лицо-маску, рассмеялась, – Боги…
– Не боги! Ты метишь на то место, куда уже давно встала я! – с усмешкой произнесла она, – Тебе ни Андаллисс, ни Советник не достанутся! Мы с тобой слишком сильно отличаемся, чтобы ты получила то, что принадлежит мне…
– Вайнтер! – я едва успела прикрыть рот ладонью, чтобы не разбудить своим смехом весь дворец, – Боги… Нет, ты не права, мы не разные, не слишком, по крайней мере. И мы обе оказались на одной доске между ими двумя. Есть только одна существенная разница между нами: ты не нужна никому, а на меня положили глаз оба… И да, Вайнтер… Забирай Андаллисса себе, он мне не нужен. А его… Спроси сначала у него, чего он хочет. А то как-то бесчестно делить его за его спиной!
Я, не убирая с лица улыбки, прошла мимо неё, увернувшись, чтобы не ударить её плечом. Всё же это было бы слишком низко для меня...
Глава 28
Я горько улыбнулась, медленно моргнув, а после повязала себе на глаза полупрозрачную повязку черного цвета. Так было положено – когда умирал родственник, на его проводах каждый, кто придёт, должен надеть на свои глаза любого цвета повязку, настолько тонкую, чтобы хорошо было видно происходящее вокруг, но одновременно с этим настолько плотную, что ты не мог разглядеть глаза фэйри, находящегося в такой же напротив.
Созданно это было для того, чтобы фэйри, в случае, если умерший действительно был им дорог, могли спокойно проливать слёзы, зная, что их никто не увидит.