— Прекрасная прихожанка была, — со вздохом ответил тот, — щедро жертвовала, делилась знаниями, вела занятия по рукоделию для девочек в старших классах нашей школы.

— Учила печь пироги? – с невозмутимым видом поинтересовался Эш.

— Рассказывала — чуть замялся Причерс, — желающим, но обучала вязанию.

— Вязала она превосходно, — подтвердила Гортензия, — эта скатерть просто не идёт у меня из головы!

— Как странно, — осторожно сказала я, — что именно с той скатертью и связана её смерть. Может быть, ей кто-то завидовал?

— С чего вы это взяли? – чуть наигранно удивился священник.

— Видела, как смотрела на скатерть госпожа Фицджеймс, — сдержанно пояснила я. – Чуть из рук не вырывала.

— Госпожа Фицджеймс у нас недавно, — отмахнулся Причерс, — не думаю, что она…

— Недавно? – перебила его Гортензия. – А мне показалось, что они с бедняжкой Джорджиной старые приятельницы.

— Полковник с женой приехали в Хейстаун месяца три назад, — подала голос сестра преподобного. – Но может быть, они были знакомы раньше?

— Госпожа Вудстон упоминала их общую школу для девочек, — вынуждена была сказать я. – И что-то о вязании тоже говорила.

— Вязание не такая уж премудрость, — снисходительно заметил Причерс, — вот у Милли, к примеру, прекрасно получается.

— Мисс Причерс что-то говорила о салфетке модного дизайнера Глэма, связанной вашей дочкой, — кивнула я, внутренне подобравшись. – Милли, это действительно серьёзная работа.

— Благодарю, мисс Стокс, — бойко ответила та.

— А скатерть госпожи Вудстон тебе понравилась?

— Я не очень хорошо её рассмотрела, мисс Стокс.

— Наверное, ты сразу передала спицу кому-то из дам?

— Нет, её у меня взяла госпожа Вудстон, прежде чем убрать вязание в корзинку, — без раздумий ответила девочка.

Слова Гортензии подтвердились.

— А что за парень этот Глэм? – поинтересовался Эш. – Тётя, это от вас я слышал про…

— Это талантливейший дизайнер, — с жаром перебила его Гортензия, — я непременно свяжу для вас с Присциллой эту скатерть, и вы сами убедитесь, что я не сошла с ума, расхваливая его на все лады.

— У нас в городке все покорены творениями господина Глэма, — негромко подтвердила Энн Причерс. – Даже не знаю, к кому теперь перейдёт почётное право состоять в его клубе.

Гортензия, Присцилла, Эш и даже преподобный посмотрели на неё с недоумением. Оказалось, что Джорджина уже несколько лет испытывала модели Глэма – получала первой схему, вязала по ней и даже, случалось, находила и исправляла ошибки.

Это показалось мне странным. Неужели будущий королевский дизайнер не нашёл никого поближе? В столице у него что, нет поклонниц?