Но больше мы от госпожи Финч ничего не добились. Она лишь согласилась подыграть мне с Гортензией, чтобы я смогла поговорить с мисс Причерс без свидетелей.

И вот теперь, сидя за завтраком, как во все последние дни, вчетвером, я уговаривала Гортензию поехать на похороны пораньше. А та сопротивлялась. Видите ли, она не успела подготовить траурное платье.

— Тётя, — в сотый раз повторила Присцилла, — тебе не нужно быть в трауре, ты ведь не родственница госпожи Вудстон.

— К счастью, — в сторону сказала я.

— Вы обе чёрствые и бессердечные девчонки, — так же в сотый раз высказалась Гортензия. – Сыну и мужу покойной будет приятно, если кто-то ещё будет разделять их горе и продемонстрирует это траурным нарядом.

— Тётя Гортензия, — наконец-то сказал своё веское слово Эш, — помните, что вы представляете там семью лорда. Любое чрезмерное проявление ваших чувств будет приписано мне.

И он повторил мой вчерашний аргумент, чуть-чуть его изменив к возникшему случаю. Лишь после этого мисс Элвуд сдалась, решив ограничиться простым тёмным платьем и шляпкой.

Пока она переодевалась, Присцилла нагрузила меня знаниями об успокоительных каплях для тётушки, а мою сумочку – склянкой с этими самыми каплями. Кроме того, пришлось взять бутылку воды, чтобы было где развести лекарство. Предосторожности, конечно, не лишние, когда едешь на похороны с пожилым человеком. Но я почему-то думала, что Гортензия не воспримет настолько близко к сердцу прощание с едва знакомой женщиной.

Зато когда она уселась в машину на привычное место и завела бесконечный разговор о необходимости скорее испечь черничный пирог и избавиться от проклятия, оказалось, что и я сама не откажусь от успокоительных капель.

Какой бы рассудительной и спокойной я не выглядела, внутри как будто сжималась пружина. Всё туже и туже с каждым днём, да что там, с каждым часом. И даже поездка в машинке братьев Левандо в этот раз не помогала.

Я объявила Гортензии, что сейчас оставлю её у госпожи Финч, а сама припаркуюсь у церкви, потому что нельзя перегораживать улицу, по которой проедет похоронный кортеж.

— Да, — оживилась она, — ты же вчера навещала дорогую Милдред. Что-то узнала?

— Мы поговорили о Патрике Вудстоне, — призналась я, сама от себя не ожидая такой откровенности.

— Слышала от прислуги, что молодой человек встречается с дочкой фермера, — высказала свою осведомлённость Гортензия. – На месте Джорджины я бы постаралась отвадить сына от неподходящей партии.

— На что вы намекаете? – осторожно спросила я.

— Ах, Джесси, я всего лишь хочу быть тебе полезной. Не на убийство я рассчитывала, когда просила тебя поехать со мной на конкурс.