— Снимут. Рано или поздно. Инквизиция — не садисты. Они хотят информации, а не мучений ради мучений. Допросят, разберутся и снимут.

Не совсем правда. Инквизиция могла и не снять, особенно если решит, что подозреваемый слишком опасен. Но Кириллу не нужно было это знать. Ему нужна была надежда.

— Святослав Игоревич… — он сглотнул, адамово яблоко дёрнулось на худой шее. — Что с нами будет?

Хороший вопрос. Честный ответ — понятия не имею. Зависит от тысячи переменных, большинство из которых вне моего контроля.

Но честный ответ сейчас не поможет. Ему нужна уверенность. Точка опоры в хаосе.

— Не переживай, — я посмотрел ему в глаза. Прямо, твёрдо, без тени сомнения. — Всё под контролем. Просто делай, что я говорю, и не грусти. Это часть плана.

— Плана? — в его голосе мелькнула надежда. Тонкая, хрупкая, как первый лёд на осенней луже. — У вас есть план?

— Всегда есть план, Кирилл. Всегда.

Он кивнул. Не то чтобы успокоился полностью — страх никуда не делся, я видел его в расширенных зрачках, в напряжённых плечах, в дрожащих руках. Но теперь к страху примешивалось что-то ещё.

Доверие. И я его не подведу.

— Спасите! Помогите! — голос Саблина прорезал ночной воздух, как пожарная сирена.

Метаморф извивался на земле, насколько позволяли путы, пытаясь привлечь внимание инквизиторов. Его жёлтые волчьи глаза бегали от одного бойца к другому, отчаянно ища того, кто выслушает.

— Я барон Саблин! Олег Георгиевич Саблин! Потомственный дворянин! Меня похитили! Эти гнусные некроманты схватили меня среди бела дня! Держали в плену! Пытали! — кричал он.

Он был хорош. Надо отдать должное — играл убедительно. Голос дрожал в нужных местах, срывался на фальцет от «пережитого ужаса». Глаза блестели от непролитых слёз — скорее всего, настоящих, вызванных страхом перед будущим. Всё тело выражало страдание и мольбу невинной жертвы.

Жаль, что я знал правду.

— Они заставляли меня делать ужасные вещи! — продолжал Саблин, распаляясь всё больше. — Угрожали! Применяли чёрную магию! Я сопротивлялся, но они… они слишком сильны! Я — жертва! Невинная жертва этих монстров!

Несколько бойцов переглянулись. Кто-то пожал плечами, мол, всякое бывает. Кто-то скептически хмыкнул.

Стрельцов подошёл к Саблину. Неторопливо, с тем же размеренным шагом, что и ко мне. Остановился, посмотрел сверху вниз — холодно, оценивающе. Как патологоанатом на интересный труп.

— Барон Саблин, значит, — произнёс он задумчиво. — Похищенный. Замученный. Невинная жертва.

— Да! Да! Именно так! — Саблин энергично закивал. — Вы должны меня освободить! Я требую! Как дворянин Империи…