Я зажмурился, инстинктивно прикрывая глаза рукой. Слишком ярко. Слишком внезапно. После темноты ночного боя — как удар молотком по глазам.
А потом раздались звуки. Десятки щелчков. Характерный, узнаваемый звук, который знает любой, кто хоть раз имел дело с огнестрельным оружием. Снятие с предохранителя.
О тьма. У нас сегодня аншлаг.
— Именем Императора!
Голос из громкоговорителя был холодным, металлическим. Голос человека, привыкшего отдавать приказы и ожидать их беспрекословного выполнения. И до боли знакомым.
— Это капитан Стрельцов! Святая Инквизиция!
Стрельцов. Тот самый, который посадил Мёртвого.
Ну конечно. Именно он. Именно сейчас. Вселенная определённо имеет чувство юмора. Очень чёрное чувство юмора.
— Всем оставаться на своих местах! — продолжал голос. — Оружие на землю! Руки за голову! При попытке сопротивления мы стреляем на поражение!
Я медленно поднял взгляд, давая глазам привыкнуть к свету. И увидел.
Они были везде. Десятки бойцов в чёрной форме Инквизиции. Бронежилеты, шлемы, автоматы в руках. На груди у каждого висел артефакт-нейтрализатор, мерцающий синим светом. Защита от магии. Стандартное снаряжение для операций против магов.
Они окружили поляну со всех сторон. Перекрыли все выходы. Взяли на прицел каждого из нас.
Мы были в ловушке.
— Ну бли-и-ин… — протянул Костомар откуда-то снизу. Он так и не встал, а лежал грудой костей, но голова была повёрнута в сторону прожекторов. — Хозяин, это плохо, да?
— Очень, — подтвердил я.
Глава 18
Прожекторы слепили глаза. Десятки лучей сходились на мне, как на главном экспонате в музее ужасов. Жёсткий и беспощадный галогеновый свет превращал ночь в подобие операционной. Каждая деталь видна, каждый изъян обнажён. Тени исчезли, растворились в этом искусственном дне. Спрятаться было негде.
— Пирогов, — обличительным тоном произнёс Стрельцов.
Его голос разнёсся через громкоговоритель, установленный на крыше одного из автозаков. Причем он говорил спокойно, с интонацией диктора, объявляющего прибытие поезда.
— Не дёргайся. На этот раз ты попался с поличным, — приказал он.
И остановился в пяти метрах от меня. Идеальная дистанция — достаточно далеко, чтобы я не мог дотянуться даже при внезапном рывке. Достаточно близко, чтобы видеть моё лицо, читать мои реакции.
Профессионал знает правила работы с опасными подозреваемыми. Вероятно, учился по имперским методичкам — тем самым, которые писались ещё при прошлом императоре. Классическая школа, проверенная временем.
— У нас всё записано, — продолжил Стрельцов, кивая на одного из бойцов.
Я проследил за его жестом. Боец с камерой на шлеме — маленькой, но явно высококачественной. Современная техника обеспечивала цифровую запись и мгновенно передавала на сервер. Всё, что происходило на этой поляне, уже хранилось в архивах Инквизиции.