— Маша… все нормально, просто он пережил сильный стресс. Поверь мне. Пройдет немного времени и все забудется.

— Дай бог, чтобы так было.

Она встала, открыла стеклянные дверцы кухонного шкафа, вынула оттуда пузырек с надписью «Настойка валерианы», открутила крышечку, старательно накапала сорок капель в чайную ложку. Выпив содержимое, она слегка скривилась.

— Тебе не надо? — она посмотрела на мужа.

Он покачал головой.

— Нет, пока не надо. Иди сюда, Маша, давай «Поле чудес» посмотрим вместе.

Женщина кивнула и они устроились на диване, вглядываясь в крутящийся барабан. Якубович произносил какие-то слова и буквы, принимал подарки, улыбался, вручал призы, смешно дергал усами — но Маша всего этого будто не видела и не слышала. В голове повис странный туман. Что-то изменилось. Не в сыне, хотя и в нем тоже. А вообще. Что-то неуловимо изменилось, стало другим. Она не могла понять, что именно. Но чувствовала исподволь нарастающую тревогу, которая постепенно стала сменяться страхом.

— Ты дрожишь? — вдруг спросил Володя. Он обнял ее крепче. — Ну что ты, в самом деле. Поверь, все будет хорошо.

Но Маша знала, что не будет.

Валик выскочил из подъезда, словно ошпаренный. И причиной тому было не ненавистное «Поле чудес». Отец не пропустил ни одного выпуска с тех пор как вышел на пенсию в 45 лет. То есть, как минимум последние пять или семь лет, а может и того больше. Фраза «Крутите барабан и пусть вам улыбнется удача» звучала теперь как-то иначе. Он не мог понять, почему, но смутно догадывался. Барабан теперь был в его руках. Однако он понятия не имел, по каким правилам он работает, можно ли крутить его несколько раз, какие выпадают варианты или на всех полях только один исход. И это не суперприз. Хотя, вспомнив, что выпало Олегу, Валик немного успокоился. Значит, вариантов может быть несколько и не все из них ужасны.

Еще на лестнице он написал Свете, что будет ждать ее у Нижнего озера на скамейке. Издали он заметил, что ее пока нет и сбавил шаг. Наслаждаясь погожим весенним вечером, мимо шли расслабленные люди, носились подростки на самокатах, возле горки громыхали скейтеры — их доски ежесекундно взмывали и падали на асфальт. Некоторые трюки выглядели довольно опасно и Валик, оглянувшись, невольно подошел поближе и достал телефон.

Ему казалось, что вот-вот какой-нибудь парень прыгнув вверх, непременно сломает себе ногу или свернет шею — один лихой худощавый мальчик в широких штанах и зеленой бейсболке то и дело съезжал по краю кривой лестницы и неизменно, раз за разом падал. Впрочем, он довольно ловко перекатывался и каждый раз вставал, будто неваляшка.