— Что всё? — не понял Валик. — Может, он там живёт!
Курьер помотал головой.
— Да может и живёт, я ж не знаю, не видел его тут ни разу. Кроме вот… — он поднял руку и ткнул пальцем в сторону Валика. — Сегодня, когда этот кент с тобой вышел.
— Со мной? — не понял Валик. — Кто со мной вышел?
— Ну этот… не знаю кто. Пухлый такой. С тобой был, потом ушёл. Я как раз с той стороны подъезжал, потом остановился перекурить и наблюдал, как вы вышли из подъезда, из другого, — и я его сразу узнал, хотя одет он был иначе.
— Олег⁈ — от удивления у Валика чуть глаза из орбит не выпали.
— Да откуда я знаю — Олег или Витя, или кто ещё. Просто говорю, кого видел. А больше никого. Давай бабки.
— Ты что, шутишь? Ты это только сейчас выдумал, чтобы…
Курьер округлил глаза. Его вытянутое, слегка лошадиное лицо вытянулось ещё больше. Тонкие белёсые брови взметнулись.
— Эй, ты меня за кого держишь? Между прочим, это ты спросил, я мог вообще промолчать! — Его лицо покраснело, а губы сжались в почти невидимую полоску.
В голове Валика пронеслись тысячи мыслей, и в каком-то сомнамбулическом состоянии он вынул руку из кармана и протянул пятьсот рублей курьеру.
— Ну вот! — тот быстро спрятал деньги. — Это ваши дела, я просто мимо проезжал. Понятно?
Курьер юркнул в подъезд, и дверь за ним медленно закрылась, оставив Валика стоять с открытым ртом. У него было абсолютное ощущение, будто боксёр-тяжеловес со всего размаха врезал ему прямой правой, потом ещё левой — и апперкот… и все попали в цель. В голове стоял туман, щёки горели, воздуха отчаянно не хватало. Валик судорожно вздохнул, но это не очень помогло. В горле пересохло. В глаза будто насыпали песку.
Он понял, что стоит, сжимая и разжимая пальцы, словно одеревеневший истукан, и где-то в животе зарождается невероятная волна обиды — жгучей, всепроникающей, затапливающей всё его существо. Шея и голова мелко затряслись. На негнущихся ногах он шагнул вперёд, потом беспомощно обернулся на подъезд. Может быть, сейчас этот доставщик выскочит, зальётся задорным смехом и скажет, как здорово он его наколол на пятьсот рублей — и Валик с радостью простит ему эти несчастные деньги. И даже вместе с ним посмеётся.
Но никто не выходил. Из-за закрытой двери не доносилось ни звука.
Глава 21
Значит… нет… этого не может быть. Этого не может быть, потому что не может быть никогда. ОЛЕГ⁈ ТАМ⁈ НА КРЫШЕ⁈
ОЛЕГ — СНАЙПЕР⁈
У Валика от ужаса мутилось в голове. Ему буквально физически было плохо. Но всё сходилось. Кроме одного. Зачем… ведь это Олег предложил пойти на крышу? Зачем ему было выдавать себя, если это он стрелял в странного ночного незнакомца?