— Что⁈ Куда⁈

Он задремал, и, даже открыв глаза, не сразу сообразил, где находится и что за парень сидит слева от него. Похлопав ресницами, Валик достал телефон, чтобы посмотреть на время.

5:17.

Начинало светать. Розовая дымка на востоке мягко обволакивала крыши домов.

— Вот черт… — теперь он вспомнил и особняк, и странную сходку, и то, что произошло потом. Точнее, еще не произошло, но…

— Вон, видишь мужика? — Гонщик указал рукой на окна круглосуточного кафе с большими красивыми буквами «Парус» над входом. — Кофе пьет. В плаще. Это он.

Валик присмотрелся. Глаза слезились спросонья, и ему пришлось несколько раз протереть их кулаками.

Сквозь неестественно прозрачное стекло витрины он видел за прилавком блондинку в бело-красном переднике — она колдовала у кассы. В абсолютно пустом зале был только один посетитель — тот самый человек, на которого указал Гонщик. Перед ним стояла чашка, а справа лежала свернутая в трубку газета. Мужчина был в старомодной шляпе с полями, которая мешала разглядеть его лицо. Валик уже давным-давно не видел людей с газетами, а тем более в шляпах, и этот факт его удивил.

— Давай, делай свое дело, — Гонщик нервно посмотрел на часы. — Время… нужно уматывать.

— Зачем?

— Откуда я знаю? Через две минуты нас тут не должно быть. Вот и все. Пошевеливайся!

Валик вздрогнул. Напарник впервые повысил на него голос, и это парню не понравилось.

— А то что? — он медленно повернул голову в сторону водителя.

Гонщик покачал главой.

— Ты, видимо, не выспался. Они знают, где ты живешь. Они знают про тебя все. Они сотрут тебя как муху. Но сперва — всех твоих родных и друзей. Чтобы ты увидел и почувствовал: это все из-за тебя. И твоих глупых вопросов. Усек, дебил? У тебя минута.

Валик покрылся мурашками.

«Но, может, это и к лучшему, — подумал он. — Пусть считает, что припугнул. Даже хорошо. Плохо, когда все идет по накатанной».

Тем не менее, когда он открывал приложение и наводил камеру, пытаясь сфокусироваться, руки его мелко дрожали.

«Тоже хорошо», — отметил он холодно.

Хотя ничего хорошего не было.

Ему было не по себе от того, что посторонний подглядывает за глубоко личным действием, коим он считал использование этого странного приложения. Никто никогда не подсматривал, как он это делает. Ну, за исключением Олега — но то было в самом начале и всего один раз.

— Давай, снимай, — скомандовал Гонщик.

Валик нажал круглую черную кнопку затвора.

Время странно замедлилось или вовсе остановилось. Валик увидел, как мужчина медленно, словно заметив что-то за окном, поднял голову и посмотрел в сторону автомобиля. Вряд ли он мог что-то различить сквозь тонированные стекла, но Валику все равно стало не по себе. В машине похолодало, как в морозильнике, а телефон в руках, наоборот, раскалился — почти мгновенно.