Суд был публичным. Я выступала свидетелем, рассказывала все, что знала.
Завесу сняли официально через восемь месяцев после ареста Вороновых. Имперский совет, под давлением общественности и после долгих переговоров с представителями Моравии, пошел на беспрецедентный шаг. Остров получил статус автономной территории с правом свободного перемещения.
Конечно, не обошлось без проверок. Каждого, кто приезжал с острова, проверяли детектором лжи и менталистами. Но большинство жителей Моравии были рады возможности просто жить нормально — работать, учиться, путешествовать.
Первая партия туристов отправилась туда прошлым летом.
Елена, наш консультант по некромантии, теперь официально работала при имперской комиссии.
С островом теперь наладили регулярное сообщение. Магические паромы ходили три раза в неделю, возили туристов, товары, делегации. Я смотрела на фотографии в газетах и думала о том, что мы сделали правильную вещь. Не просто остановили войну, а дали людям шанс узнать друг друга.
Я завела блог на том самом видеопортале, который запустила Катя. Сначала просто выкладывала короткие заметки о медицине, разоблачала популярные мифы, рассказывала о случаях из практики (конечно, без имен и деталей). Потом, когда подписчиков стало больше, начала делать полноценные видео. Катя говорила, что это я ввела в этот мир понятие блога — раньше никто не снимал подобного контента.
Блог неожиданно выстрелил. Людям было интересно слушать про медицину от практикующего лекаря.
Я вела блог в свободное от работы время, и это приносило странное удовлетворение. Теперь у меня была настоящая аудитория, живые отклики, возможность влиять на то, как люди думают о своем здоровье.
Катя, глядя на мой успех, тоже завела блог. Но она снимала про технологии — новые артефакты, разработки их компании, лайфхаки по использованию коммуникаторов.
Мы виделись с ней раз в неделю, иногда реже, но когда встречались — болтали часами.
Я думала о том, как всё сложилось. О том, что два года назад я была одна в чужом мире, в чужом теле, с чужими проблемами и чужим будущим. А теперь у меня была работа, которую я любила. Друзья, которые стали семьей. Мужчина, который засыпал и просыпался рядом. Родители, с которыми мы наконец нашли общий язык.
И вдруг я поймала себя на мысли, что уже не помню, когда в последний раз думала о том дурацком романе, с которого всё началось. О том, что этот мир когда-то казался мне плоским, картонным, жестоким. Теперь он был настоящим. До каждой мелочи — до запаха кофе, до хруста газетных страниц, до тепла рубашки на моих плечах. Люди вокруг стали близкими. Не персонажами с прописанными ролями, а живыми — со своими страхами, слабостями, нелепыми привычками и искренними улыбками.