Глеб молчал, глядя на меня.
— Что будешь делать? — спросил он наконец.
— Работать, — ответила я. — Учиться. Игнорировать его, насколько это возможно. А если он начнет гадить — отвечать.
— Это правильно.
Мы постояли еще немного. Потом Глеб оттолкнулся от стены.
— Идем. У нас сегодня первый урок. Обещаю, будет интересно.
Глава 24. Уроки
Мы вышли из кабинета Глеба и направились в манипуляционную. Коридор клиники гудел приглушенными голосами — персонал обсуждал появление нового директора. Я старалась не думать об Александре. Сейчас мне нужно было сосредоточиться на другом.
В манипуляционной нас уже ждали. У стены, прислонившись к шкафу с инструментами, стояла невысокая женщина в синей мантии — цвет анестетов, специалистов по боли. Ей было лет тридцать, русые волосы собраны в тугой пучок, на лице — спокойное, чуть отстраненное выражение человека, привыкшего работать на границе жизни и смерти. Увидев нас, она выпрямилась и сделала шаг навстречу.
— Глеб Игоревич, — кивнула она Глебу, потом перевела взгляд на меня. — А это, видимо, ваша новая стажерка?
— Виктория Захарова, — представил меня Глеб. — Вика, это Анна Сергеевна. Лекарь-анестет. Она будет работать с нами.
Я протянула руку. Анна пожала ее — пожатие было крепким, уверенным.
— Очень приятно, — сказала я.
— Взаимно, — ответила она. Голос у нее оказался низким, чуть хрипловатым. — Наслышана о вашей работе с тем некротическим ранением. Говорят, вы отлично справились.
— Спасибо.
Она смотрела на меня с любопытством, но без назойливости. Профессиональный интерес — ничего личного.
— Анна Сергеевна — один из лучших анестетов в городе, — добавил Глеб. — У нее редкая специализация — работа с магически нестабильными пациентами. Те, у кого аллергия на стандартные заклинания сна или кто сам является источником возмущений поля.
— Звучит сложно, — заметила я.
— Сложно, — согласилась Анна Сергеевна. — Но интересно. Когда магия не работает как надо, приходится искать обходные пути. Комбинировать с традиционными методами.
— Она лучшая. Если она говорит, что пациент ничего не чувствует, значит, он действительно ничего не чувствует. Даже если ему в этот момент отпиливают ногу.
Анна чуть улыбнулась краем губ.
Мы обменялись еще парой фраз — о расписании, о предстоящих операциях, о том, какие случаи здесь считаются сложными. Анна Сергеевна говорила спокойно, по делу, без лишних эмоций. Мне это понравилось. Я всегда ценила в коллегах профессионализм и отсутствие пустой болтовни.
— Ладно, — сказал Глеб, когда знакомство было закончено. — Анна Сергеевна, вы пока можете быть свободны. Нам с Викторией нужно провести небольшое занятие.