— Через две недели роспись, — сказала она, ставя печать. — Придете вдвоем, с паспортами и свидетелями. Оплатите пошлину заранее.
Я взяла квитанцию, сложила пополам, сунула в карман.
Мы вышли на улицу. Дождь кончился, из-за туч пробивалось бледное солнце. Глеб остановился на ступеньках, повернулся ко мне.
— Ты как?
— Нормально, — ответила я. — Поехали обратно. Твоя невеста готова слушать про некромантию.
Глава 36. Мосты и озарения
Женщина, о которой говорил Август, явилась ровно через час. Мы с Глебом как раз успели вернуться и перевести дыхание.
Он была эффектной. Высокая, с длинными платиновыми волосами. Черное платье в пол, глухое, до самого горла, без единого украшения. Губы — яркие, бордовые, единственное цветное пятно на этом бледном, почти прозрачном лице. Ей было около сорока, но возраст читался не в морщинах — их почти не было, — а в глубине глаз, в той спокойной, тяжелой уверенности, которая бывает у людей, многое видевших и многое умеющих.
Август шагнул к ней навстречу, и она улыбнулась.
— Август, — сказала она, протягивая руку. — Давно не виделись. Ты все так же плохо выглядишь.
— Елена, — он кивнул, и в его глазах мелькнуло что-то теплое, почти нежное. — А ты все так же не умеешь делать комплименты.
— Я умею говорить только правду. Тебе не помешает выспаться.
Они обменялись взглядом — долгим, понимающим, полным какой-то своей, давней истории. Я смотрела на них и чувствовала странный холодок где-то под ложечкой. Глупо, конечно. Она просто старая знакомая. Август имеет полное право на друзей, на прошлое, на женщин, которые смотрят на него с такой ленивой, привычной нежностью.
Елена перевела взгляд на нас.
— Знакомься, — Август сделал жест в нашу сторону. — Виктория, Глеб, Кристина.
— Елена, — представилась она коротко. — Можно Елена Дмитриевна, если хочется официальности, но я предпочитаю без отчеств. Они старят.
Она опустилась в кресло напротив дивана, закинула ногу на ногу. Волконский кашлянул, привлекая внимание.
— Елена, я рад, что ты согласилась приехать. Ситуация сложная.
— Август уже рассказал в общих чертах, — кивнула она. — Но я хочу услышать от вас полную версию.
Глеб коротко обрисовал ситуацию: убийства, ритуал, Александр, подчиняющий артефакт, Моравия. Елена слушала молча, только изредка кивала. Когда он закончил, она откинулась на спинку кресла и посмотрела на нас всех по очереди.
— Я расскажу вам, что такое Моравия на самом деле, — начала она. — Сто лет назад, когда поставили Завесу, на остров сослали всех, у кого обнаружился дар некромантии. Ключевой момент: всех. Не только преступников, не только тех, кто использовал мертвую магию для убийств. Туда попали опасные маги, реальные злодеи, которых стоило изолировать. Туда попали случайные люди с пробудившимся даром, которые никогда никого не убивали. Туда попали дети, у которых дар только начал проявляться. Старики, не представлявшие угрозы.