Коробка, разорванная в спешке, давно истлела. Содержимое, пролежав больше года в земле, пришло в негодность. И только глиняный колокольчик лежал невредимый. Андрей взял его как драгоценность. Вытащил из тощего рюкзака бутылку с водой и отмыл находку от грязи. Осторожно поднял старого знакомого за ушко и нежно стукнул ногтем.

В воздухе поплыла звенящая мелодия. Как воспоминание о давно ушедшем времени. Он послушал её до конца, закрыл глаза и пальцем коснулся колокольчика. Кроха чужого дара, спрятанная внутри, откликнулась на зов. Рванула навстречу, покинула убежище и вплелась в пси-массу Андрея. А брошенная глина, ставшая ненужной, рассыпалась пылью. Музыка, украденная из колокольчика, звучала внутри. Он присвоил память Белладонны, её ментальный запах и лёгкие касания, которыми она создавала поющие вещи. Андрей перекатывал на ладонях её голос, давно угасший в реальности, но чудом сохранившийся в тайнике.

Переступая через разбросанный мусор, Андрей пошёл к разрушенному дому. Долго бродил по чёрному ковру пепелища. Принюхивался как пёс, вставший на след. То и дело опускался, чтобы ковырнуть чёрный бугорок. И поиски увенчались успехом: из очередной кучки сгоревшего хлама выпал обугленный, превратившийся в бесформенную каплю, кусок пластмассы. Никто бы не опознал в нём осколок игрушечного пистолета, страшного подарка Хмыка. Только Андрей чувствовал, как внутри бьётся ещё живая сила, убийственная даже сейчас.

Закрыв глаза, он впитал почти угасшую искру. Что-то щёлкнуло. Последний кусочек «пазла», потерянный, найденный и вставший на своё место как влитой. Андрей поднялся и, не оборачиваясь, пошёл к остановке. За спиной медленно рушились осыпаясь прахом, остатки стен.

Несколько часов Андрей просидел на летней веранде кафе. Заказывал одну чашку кофе за другой, курил, разглядывал проходящих мимо студенток. Рассеянно улыбался и ни о чём не думал. Решимость была крепка, но первый, самый тяжёлый шаг, всё не ложился под ноги. Червячок сомнений, придавленный, задушенный, шептал тонким голоском: а ты сможешь? Не сдашься? Крепок ли ты как железо?

— Хватит.

На салфетке, простым карандашом, Андрей написал сама себе послание.

«Иди»

И тут же ответил вслух.

— Да, пора.

Расплатился с молоденькой официанткой и пешком двинулся к цели путешествия.

Знакомое серое здание, где когда-то был ЗАГС. Кажется, Андрей женился здесь на какой-то женщине. На ручках тяжёлых дверей скалились львы. Заходи, подмигнули они, мы тебя заждались. Створки разошлись беззвучно, открывая щель, похожую на тёмный ров без дна. Милости просим, беглый психот!