— Варас, возможно, и помог, — произношу я с озорным огоньком в глазах, и у Кейда от удивления чуть не отвисает челюсть.
— Жена, — в его дразнящем голосе слышится шутливое предупреждение. — Я слишком устал для таких потрясений, но теперь мне не терпится всё услышать.
— Не нужно спешить, — голос мой становится мягче, и я прижимаю его еще ближе. — Большинство моих историй пропитаны болью. Я всё тебе расскажу, и хотя некоторые моменты были светлыми, большинство лишь опечалит тебя.
— Я всё равно хочу услышать. Я хочу делить с тобой абсолютно всё. — Кейд целует открытую кожу на моей груди, и его нескоординированные движения щекочут меня. — Помнишь, в начале нашей дружбы я просил тебя рассказать мне о своей жизни?
— Но я ответила, что у меня нет никаких историй, и вместо этого слушала твои, — отвечаю я.
— Что ж, теперь роли поменялись, и я пришел забрать свое. — Он дарит мне вымученную, но счастливую улыбку. — Ты обещала поделиться со мной своей историей, если я поделюсь своей. Похоже, пришло время сдержать слово.
Он приподнимает голову, с трудом оторвав ее от моей груди на пару дюймов, но я прекрасно понимаю его желание. Я наклоняюсь навстречу, касаюсь его губ, и мы целуемся до тех пор, пока у нас не начинает кружиться голова от нехватки воздуха. Его движения еще медленны и неуверенны, но мой муж не позволяет этому остановить его, пробуя на вкус мои губы, щеки, шею. Мы словно живем вечно в этих поцелуях, где сливаются воедино наши слова, дыхание и обожание, и это прекрасно в своей несовершенности. Пока его губы отвечают моим — движение за движение, страсть за страсть, — я окончательно решаю для себя, что всё пережитое того стоило. Каждый шрам, каждый приступ голода, каждый страх. Я бы прошла через всю эту боль, которую жизнь обрушила на меня, снова и снова, потому что я полюбила своего вора с того самого мгновения, как нашла его в своей комнате, и буду любить его до тех пор, пока мы не обратимся в прах.
СЕЗОН УРОЖАЯ, ЦИКЛ 78929
Я тихо прикрываю дверь, чтобы не разбудить их, и крадусь по коридору в свою комнату. Из-за сегодняшнего волнения ни одна из девочек никак не хотела засыпать, и это была настоящая борьба характеров — кто сдастся первым. В конце концов усталость победила, и, оставив легкие поцелуи на их маленьких загорелых лбах, я оставила их грести к снам о плавании, тропических фруктах и розовых рыбках.
Кейд сидит на нашей кровати, когда я заворачиваю за угол спальни, но он смотрит куда-то сквозь пространство, совершенно не замечая моего присутствия. Я улыбаюсь тому, как он прекрасен, и прислоняюсь к косяку двери, ожидая, пока он выйдет из своего транса. Когда это случилось впервые, это меня ужаснуло. Казалось, будто он переставал существовать в этом мире, уносясь разумом куда-то далеко, и когда он наконец возвращался из своего оцепенения, я была близка к истерике от страха. Теперь это происходит гораздо реже, чем раньше, но время от времени сознание моего мужа покидает эту плоскость бытия. Все эти циклы спустя это больше меня не пугает. Смерть предупреждал, что он может измениться после пробуждения, но к нашему облегчению, Кейд остался тем же человеком, за которого я вышла замуж. Эти короткие моменты отсутствия — единственное изменение, и я принимаю их, вместо того чтобы бояться. Я позволяю его душе найти дорогу обратно ко мне, пока сама любуюсь его красотой.