Он посмотрел на мой капот, как на пустую декларацию.
— Она уже вас бросила, — ответил он. — Ключи где?
— В зажигании.
— Откройте.
— Зачем?
— Затем, что вы тут через пять минут не сможете пальцами шевелить, — сказал он и, не повышая голоса, добавил: — Вы хотите спорить или доехать?
Меня трясло — и от холода, и от злости. Больше всего злило то, что я сама это понимала. И что я стою здесь, как школьница, которой делают замечание за форму.
Я открыла дверь машины, взяла ключи, снова подошла к капоту и открыла его. Он вышел быстро, без суеты, в тонкой куртке, как будто мороз ему не был аргументом. Поднял капот, заглянул, что-то потрогал, прислушался. Наклонился, стукнул по детали, выпрямился.
— Аккумулятор дохлый, — заключил он. — Вы давно обслуживали?
— Не знаю, — ответила я сквозь зубы.
— Отлично, — произнес он так, будто это было ожидаемо. — Садитесь в машину. Мою. Сейчас.
— А моя?
— Позже, — сказал он. — Или хотите тут замерзнуть?
Я стояла секунду, выбирая между гордостью и здравым смыслом. Победил холод. Он всегда честно выигрывает.
В его машине было тепло. Запах — не ароматизатор, а что-то нейтральное, свежее. Я села, пристегнулась и уставилась вперёд, как будто так легче не чувствовать себя униженной.
Он сел за руль, завёл двигатель и тронулся.
— Куда вы ехали? — спросил, не глядя на меня.
— На объект, — ответила я.
— На какой.
Я назвала.
Он чуть качнул головой, будто подтверждая.
— Вас там ждут? — поинтересовался он.
— Должны, — сказала я и тут же пожалела. Слово было слишком уверенным.
Он хмыкнул. Не как смех — как отметка.
— Городская, — произнес он. — Наивная.
— Я не просила оценок, — заметила я.
— И помощи тоже не просили, — ответил он. — Но стояли на трассе.
Мы ехали молча. Я смотрела на дорогу и пыталась согреть руки, пряча их между коленями. От тепла начало ломить пальцы — неприятно, но живо.
Через несколько минут впереди показались ворота и пост. КПП. Серые здания, будка охраны, шлагбаум. Он подъехал, остановился, опустил стекло.
— Пропустите, — коротко велел охраннику.
Тот вытянулся и сразу открыл шлагбаум.
Я повернула голову. Охранник смотрел на водителя уважительно, почти с восхищением.
Внедорожник проехал внутрь. Мужчина остановился у площадки, где стояли служебные машины.
— Выходите, — сказал он. — Дальше сами.
Я дернулась к ручке двери, потом остановилась.
— А моя машина?
Он посмотрел на меня так, будто я спросила про погоду.
— Разберёмся, — ответил он. — Позже. Сейчас идите греться и оформляться. И… — он сделал паузу, на секунду, будто выбирал слово, — в следующий раз одевайтесь нормально.