Так, надо отвлечь моего напарника, чтобы он не зацикливался на произошедшем. Я сам с этим разберусь. А вот и отвлечение подоспело…

— Вон Карамзина и Бесстужева! — дернул я за рукав Годунова, который уже прикончил один бокал и потянулся за вторым.

Наши новые знакомые стояли возле мраморной колонны у стены как раз под картиной Святополка Старого, одного из полководцев прошлого, который с десятком воинов смог обратить в бегство нападение тысячи кочевников Золотой Орды. Свет от хрустальных люстр мягко ложился на красиво уложенные прически княгинь, а также на складки их платьев, которые подчеркивали стать женских фигур.

— Ох, пойдём же поприветствуем их, пока другие не забрали под своё крыло! — Годунов залихватски допил шампанское и взял два бокала в руки.

— Ты с двух рук сейчас зарядишь?

— Нет, это не мне! Это дамам. Во мне уже плещется счастье, так почему бы им не поделиться с другими?

— Ты уже поделился недавно счастьем с урной, не боишься вновь повторить свой подвиг? — не смог удержаться я от улыбки. — Вестибулярный аппарат в норме?

— Всё у меня в норме! Иван Васильевич, за меня не переживайте! — расхрабрился Годунов.

— Ну да, ну да, — проговорил я негромко, чтобы не смущать товарища.

Мы неспешно прошли до дам. По пути я чувствовал различные взгляды. В основном смотрели с интересом, кто-то с восхищением. Те, кому успел насолить, смотрели с недовольством. Однако, неожиданно я почувствовал укол угрозы. Боевой нож неожиданно уколол ногу.

Это было настолько неожиданно, что я даже вздрогнул. Вот вроде бы сегодня день был насыщен сверхмеры всякими событиями, но ни разу укола я не ощущал. Словно тело знало, что я могу справиться с происходящим, а сейчас…

Угроза висела в воздухе всего мгновение. Когда я обернулся, чтобы определить источник, то её уже не ощущалось. На миг мне показалось, что среди будущих жильцов мелькнули желтые глаза, но… Когда я пригляделся к группе стоящих молодых людей, то ничего такого больше не заметил. Как будто это стробоскоп под потолком скользнул по одной из хрустальных висюлек люстры и на мгновение покрасил глаза черноволосого парня в золотистый цвет.

На самом же деле у него были обычные черные глаза на худощавом скуластом лице. Да, был слегка бледноват, но эта бледность могла возникнуть из-за места, откуда он прибыл. Может быть из Санкт-Петербурга, а может быть и вовсе с отдаленных северных уделов, где половину года правит ночь, а вторую половину не заходит солнце.

Впрочем, для северных уделов у него слишком широкий разрез глаз…

— Добрый вечер, дамы, — галантно поклонился Годунов и протянул бокалы. — Позвольте поухаживать за вами в этот вечер?