— Прошу прощения, но если с вами всё в порядке, то мы вынуждены откланяться. Нас ждёт сегодня Ночь Перед Обучением, а нам ещё нужно привести себя в порядок.
— Ах, так вы будущие жильцы? — всплеснула руками женщина.
— Да, и мы очень торопимся, — подтвердил Годунов, который тоже вспомнил о грядущей ночи. — Поэтому лучше всего сейчас полежите, вызовите разбежавшихся слуг, примите успокоительное и на утро будете всё вспоминать, как дурной сон. Ну да, понадобится ещё небольшой косметический ремонт, но главное — вы живы! И вы вместе!
— На такой пафосной ноте мы с вами раскланяемся, — проговорил я и потащил разболтавшегося Годунова к калитке.
— Мы вам очень благодарны! Век будем свечки ставить, — донеслось нам вслед.
Годунов было дернулся, чтобы повернуться и снова что-нибудь ляпнуть, но я трактором пёр вперёд и не позволил своему напарнику наболтать лишнего. Нам в спину ещё неслись благодарственные слова женщины, что-то говорил мальчик, но я уже не слушал. Там было что-то про папеньку, но это вряд ли что было важное.
Возле калитки нас встретил Михаил Кузьмич. Он был бледен, как простыня, но на этой «простыне» виднелись подзажившие царапины. Годунов на скорую руку заживил ранки на лице, а потом бросился на помощь к женщине. Но главное — осколки чудом не попали в глаза.
Покореженная машина уже стояла на тротуаре. На удивление, она была на ходу и даже упруго урчала.
— С вами всё в порядке? — бросился ко мне водитель.
— Со мной-то всё нормально, а как вы себя ощущаете? — спросил я в ответ.
— Да как машина, — улыбнулся криво водитель. — Рожа покороблена, но ещё на ходу!
— Что же, тогда вам благодарность от всего царского рода за самообладание и выдержку! — бодро проговорил я. — До нашего поместья дотянем?
— Так точно Ваша Светлость! — выпрямился Михаил Кузьмич. — Будет исполнено! С машиной за неделю управлюсь, так что вскоре будете на четырёх колёсах.
— За неде-е-елю? — протянул Годунов. — А как же мы сегодня?
— Нас Карамзина с Бесстужевой подкинут, — ударил я его по плечу. — Думаю, что в такой малости они тебе не откажут.
— Так ещё и я просить должен? — удивился Годунов.
В ответ я только улыбнулся и двинулся в сторону открытой двери автомобиля.
Глава 22
«Всегда нужно помнить, что ведари после смерти попадают в рай. В ад их не пускают, чтобы снова не начали делать свою работу»
Кодекс ведарей
Наше поместье и в самом деле оказалось крайним в этом поселке. Возле густого леса, который приветливо начал шуметь кронами деревьев, стоило нам только выйти на улицу. Присутствие тучи комаров намекало на близость водоёма. Крупные вороны на верхушках островерхого забора начали обсуждать наше появление задолго до того, как машина остановилась.