И тут я вижу, что он улыбается!
Что же, улыбайся дальше. Я дергаю головой и наношу лбом хороший удар в переносицу. Бью уже без жалости.
Слышу женский вскрик со стороны зрителей. Кто-то слабонервный не смог сдержать эмоций.
Противника снова относит на пару метров. Он зажимает ладонью разбитый нос, потом смотрит на окровавленную ладонь и стряхивает капли на асфальт.
— Не хочешь отступить? — даю я самый последний шанс.
— Вот ещё! Всё самое интересное только начинается, — хмыкает Батори и вытирает нос рукавом белой рубашки, тут же окрасившейся в алый цвет.
Он начинает крутить саблю вокруг себя, добавляет магии живицы и вот уже передо мной не человек, а подобие ветряной мельницы. И эта мельница приобретает вид золотого кокона от бьющей по воздуху сабли.
Мне остается только внимательно следить за моментом, когда сын графа ринется в бой. Всё кругом замирает. Слышится лишь биение сердца и свист рассекаемого воздуха.
Я чуть прикрываю глаза и сосредотачиваюсь на противнике. Слышу его дыхание. Чувствую биение его сердца. Движение рук и ног.
Скрип песка под подошвой…
Пора!
Взмах сабли, блок, а после я с размаха бью локтем по оказавшейся рядом физиономии.
НННААА!!!
Рука словно впивается в мраморную статую! Противник даже не моргает!
Я тут же отскакиваю. Вот это да! Даже шелохнулся!
Неужели началось? И сейчас он покажет свою настоящую силу?
Батори улыбается противной окровавленной улыбкой, а потом взмахивает саблей так, что она оказывается у его бедра. Неторопливо проводит лезвием по шву брюк, потом по рубашке.
— Избавьте меня от стриптиза, сын графа Батори! — громко говорю я.
— Я избавлю тебя от жизни! — доносится рык из груди молодого человека.
Он падает на четвереньки, а в следующий миг я вижу, что его глаза вспыхивают золотым. Но самое интересное начинается потом…
Глава 29
«Ведарь никогда не убегает! Редко случаются ситуации, когда ведарь победоносно отступает, а враг в панике бежит следом!»
Кодекс ведаря
Как только глаза блеснули золотым, я понял, что ничего хорошего ожидать не стоит. Ещё и аура усилилась настолько, что мне стало душно в куполе.
Кончики пальцев Батори заострились, почернели, превратились в острые когти. Сами пальцы, а следом и вся кожа, покрылись рыжим жестким волосом, напоминающим медную проволоку. Тело укрупнилось, раздались плечи, расширилась грудь. Лицо вытянулось вперёд, становясь похожим на кошачью морду.
Оборотень? Да какой-то необычный. Длинная грива едва ли уступала львиной, а хлещущий по бокам хвост словно жил сам по себе и по длине мог дать фору любому хвосту в этом мире.