Если бы я не следил за его движениями или хотя бы моргнул в этот миг, то вряд ли когда станцевал бы ещё вальс. Но я был начеку, поэтому рывком ушел в сторону. Удар когтистой лапы прошелся в нескольких сантиметрах от плеча. Потом ещё рывок, и ещё. Удар ножом по морде и перекат!

Наши движения для зрителей были незаметны. То есть только что мы стояли друг напротив друга, а миг спустя уже поменялись местами. Только у вампала возле носа появилась рана. Он дернул головой и рана неторопливо начала затягиваться.

Мотоцикл встал возле силового поля и я заметил, что с него слезает… Собакина! Она грациозно поставила «Урал» на подножку и отошла подальше. Что же, всё готово. Мне оставалось только уводить вампала прочь.

— Царевич, ведари уже вызваны! — донесся крик со стороны ворот.

Ага, жди моих коллег. Пока они доедут, тут уже будет кровавое побоище и вряд ли кто останется в живых.

Я глубоко вздохнул. Вампал почуял что-то неладное и напрягся.

— Князь, снимайте!

В этот же миг я кинулся к мотоциклу. Молниевая стена создала прореху в том месте, в которое я бросился. Я рыбкой пролетел сквозь открывшееся отверстие, сделал сальто и приземлился точно на сиденье мотоцикла. Со стороны может быть это и смотрелось эффектно, но мне было не до того. Нож в ножны и вперёд!

Рукоять до отказа. Мотоцикл рванулся вперёд подобно недавно прыгнувшему вампалу. Позади послышался удар и рёв — Курбский только для меня открыл прореху, а вампала задержал силовым куполом. Тот было бросился за мной, но ударился о стену и отлетел прочь. Когти прочертили глубокие борозды на асфальте. Желтые глаза зло зыркнули в сторону Курбского.

— Уезжайте, царевич, я задержу сколько смогу! — крикнул Курбский.

— РРРААА!!! — когтистая лапа вспорола силовое поле с такой же лёгкостью, как до этого сабля разрезала ткань рубашки Батори.

— Или не задержу вообще… — послышался позади растерянный голос князя.

Я же дал газа и помчался на всех парах в сторону ворот.

— В сторону-у-у-у!!! — проорал я, пытаясь перекричать рев мотора. — Оборотня не атаковать, если жизнь дорога!

Воины у ворот кинулись в стороны, как встревоженные голуби от резкого взмаха руки. Я услышал позади рев, а потом клацанье когтей по асфальту.

Вампал гнался за мной. Значит, я разозлил его своим ударом, а это уже хорошо. Он бежал с огромной скоростью и мне приходилось выжимать из мотоцикла всё, на что сподобились инновации Гаврилы Петрова.

— Тычимба, заднее зрение! — крикнул я, почувствовав рядом шелест слуги.

Он тут же коснулся меня своей памятью, смотря назад. Как бы уселся позади и начал передавать на левый глаз информацию о преследователе. Почему на левый? Потому что доминирующий у меня правый глаз, а левым я мог наблюдать то, что видит Тычимба.