И она замолчала.

— Метта! — сказал я, вглядываясь в окна. Они как были так и оставались накрепко занавешены.

Вдруг перед моими глазами появилось изображение. Оно было темное и дрожащее — помехи были просто дикие. Увы, я не смог разглядеть ничего, кроме полутемных коридоров. А еще чьих-то ног, их были десятки.

— Иду дальше… Блин, а пауков и паутины здесь просто масса!

— Продолжай искать. Нужно узнать, что там за публика.

Ткнув в кнопку, я снова заговорил в динамик.

— Мы справимся с Горбатовыми. Завтра я стану полноправным владельцем Таврино. Никто из этих негодяев и на километр не посмеет подойти к моим владениям. Слово дворянина.

— Вы же сказали, что вы не местный? — пискнули еще одним женским голосом.

Уже четверо и, что интересно, все женщины…

— Это так. Однако Онегин тоже когда-то приехал издалека.

— Неважно! — заговорили в несколько голосов. — Вы не знаете о чем говорите. Если переступите дорогу барону Горбатову, вы исчезнете!

— Как исчез наш хозяин!

— Уходите, если вы умный и честный человек! — и связь снова пропала.

— Для меня назад дороги нет, — твердо проговорил я в микрофон. — Все мосты я сжег. Как и ваш Онегин когда-то…

В ответ было молчание, однако лампочка продолжала гореть. Кажется, они держали кнопку нажатой. И думали. Что ж, это маленькая, но победа.

Свиридова подошла поближе. Ее очки съехали на нос, но она этого даже не заметила. Похоже, я смог ее удивить.

Вдруг в динамике появился новый голос:

— Хмм… Вы в самом деле чем-то напоминаете Александра Владимировича… Как удивительно! — и прежде чем я успел ответить, ворота еле слышно скрипнули. — Заходите, но знайте — Таврино чужих не любит. Ошибок оно тоже не прощает!

Не успел я удивиться, как ворота со скрипом раскрылись. Поднялся ветер, зашелестели поднявшиеся в воздух листья.

— Открыли таки! — воскликнула Свиридова. — Черти что!

Геллер же, не выпуская трубки изо рта, ухмыльнулся.

— Метта, как обстановка? — спросил я. — Метта?..

Увы, мне никто не ответил.

Так… Это уже становится интересным. Нет, узы с Меттой не пропали — я по-прежнему ощущал ее в себе, но вот что-то сильно ослабило ее.

Еще один Призрак?

— Она… или они, всегда такие упертые? — спросил я Свиридову, прежде чем направиться к дому.

— Без понятия. Набрались от Онегина манер, вот и рисуются. Но в верности им не откажешь… Все же столько лет не пускать никого на порог. Заслужите их доверие, Илья. Тогда вы точно победите Таврино.

Кивнув Аки, я взял ее за руку, а затем направился к крыльцу. И тут снова послышался голос из динамика:

— Нет, Илья Тимофеевич. Проходите одни. Ваши спутницы пусть подождут снаружи.