— Хочешь расширить наше влияние тут? — спросил я.

— Хочу наладить связи, — ответил Костелло.

— Может быть, мне с тобой? — предложил я, впрочем без особого энтузиазма. Костелло для этой встречи хватило бы, а еще он был в тени. А вот появление настоящего мафиозного босса, про которого пишут в газетах — а про меня в последнее время писали чаще, как будто отрабатывая заказ — было уже лишним.

— Не стоит, — покачал головой Фрэнк.

— Ну не стоит, так не стоит, — пожал я плечами.

В общем-то, желания решать дела у меня не имелось. Город как-то сразу настраивал на то, чтобы отдохнуть.

И никаких признаков депрессии, которые уже начинают появляться в Нью-Йорке. Все чинно, спокойно.

Когда мы добрались до местной прибрежной улицы, которую все называли Бордуок, я остановил кучера — хотелось немного пройти пешком. Вышли и двинулись по нему.

И тут я очень сильно удивился. Бордуок был не просто улицей, он оказался длинным деревянным настилом вдоль океана, широким, выходящим на пляж. Возвышался он над ним на полтора человеческих роста — примерно на двенадцать футов. Я отметил про себя, что именно так его и отмерил — уже начинаю привыкать к местным единицам измерения.

Доски были выложены елочкой, скорее всего сосна. Она, конечно, смолистая, да и обрабатывали еще, но все равно, если заливает… Да и дожди ведь. Гнить должно.

Хотя то тут, то там было видно доски, которые меняли на свежие.

Народа оказалось немного — будний день давал о себе знать, хотя в выходные, наверное, не протолкнуться. Да, так оно и было — подсказала память Лаки. Он-то здесь бывал, и не раз, а вот я впервые, вот и узнаю все, как в первый раз.

Я почувствовал одуряющий запах и увидел, как человек в шляпе катит по настилу небольшую тележку, в которой были крендели. А точнее брецели — вроде так они называются. Я махнул ему рукой, он остановился.

— Сколько? — спросил я.

— Никель, — ответил он.

Я запустил руку в карман, покопался среди монеток и купил один. Он был горячий, мягкий, покрытый крупной солью. Я откусил — это было вкусно. Не так вкусно, как в Чехии, где я бывал в свое время кучу раз по бизнесу или просто так, но все равно.

— Фрэнк, — повернулся я к Костелло.

— Что? — спросил он.

— Возьми себе тоже.

— Чарли…

— Возьми, Фрэнк, — я улыбнулся. — Это очень вкусно.

Он вздохнул и взял. Продавец покатил свою тележку дальше, а мы шли по Бордуоку и ели кренделя. Океан шумел справа, и я подумал, что мы в действительности почти в отпуске. Может быть, свозить сюда Гэй на денек, в качестве извинений за то, что мы не поехали на Кубу?

Может быть, так и сделаю. Хотя что-то подсказывает мне, что по возвращении в Нью-Йорк мне будет уже не до поездок.