И больше.
Временами солдаты выходили на разведку и встречали противники; другие переводили дух. Маги, мирные и боевые, варили зелья и накладывали всевозможные чары. Сам я тоже не сидел сложа лапы. Ману я старался использовать как можно реже, однако тело огромного летающего ящера даровало немалый простор для возможностей. Довольно часто я выходил на своеобразную охоту, истребляя ледяных титанов и прочих монстров, которые отделялись от прочего стада, и таким образом ещё немного сгущая свою туманность. Да и солдаты радовались каждый раз, когда замечали в небе золотистого дракона.
Однажды, возвращаясь после очередной охоты и мысленно рассчитывая, когда первые титаны заявятся в пределы города, я вдруг заметил на земле нечто необыкновенное. Я замедлился, затем приподнялся выше и стал пристально осматривать окрестности. В это время я пролетал над широкой дорогой, которая ещё недавно служила для перевози грузов, а теперь вся покрылась плотной ледяной корой.
Местами на земле проглядывались голубые точки — ледяные зомби. Охота на последних представляла собой трату времени. Я уже было подумал, что именно они привлекли моё внимание, как вдруг тончайший запах вонзился в мои просторные, как пещеры, ноздри — словно единственный цветок посреди заснеженного поля. В ту же секунду мои глаза обратились на маленькую тень, которая сидела в заснеженном овраге. Ледяные зомби встречались самых разных габаритов, однако редкие из них умели сидеть, прятаться и тем более носить плотные дорожные плащи.
Я спикировал вниз и опустился лапами на самый край оврага. Фигура, которая в это время усиленно растирала свои посиневшие ладони, вздрогнула и отпрянула в сторону. При этом она зацепилась своими огромными, сильно больше чем ноги сапогами за древесный корень и рухнула в снег… Заныла, приподнялась, стала отряхиваться и между делом стянула капюшон.
Это была девочка примерно одиннадцати лет. У неё были пухлые щёчки и тёмные волосы до подбородка. В её длинных чёрных ресницах мерцали снежинки, пока она растирала свой лицо, мокрое от снега. Наконец веки её приоткрылись, и засияли большие чёрные глазки.
Девочка удивлённо посмотрела по сторонам, а затем уставилась прямо на меня. На секунду лицо её приняло растерянное выражение, а затем потрескавшиеся от холода губы приняли очертаний буквы «О».
Всё это время я сидел на месте и разглядывал ребёнка и тряпьё, которое представлял собой её наряд. Понять, кто она, было несложно. По мере шествии армии Вечного хлада многим пришлось оставить свои жилища. Некоторые сделали это по собственной воле; другие, более упёртые — нет, и теперь сами пробирались на юг через орды ледяных зомби.