После этого последовал долгий, утомительный переход. Все сорок километров дороги покрывал густой снег, который приходилось разгребать лопатами. Каждый день в наспех устроенный лазарет прибывали сотни солдат с обмороженными пальцами. Всё это сильно замедляло движение нашего воинства. А ведь именно мобильность сейчас была наиболее важной. Нам следовало как можно скорее занять новые позиции и приготовиться встретить противника, который неумолимо следовал попятам за нашим войском.
Наблюдая за шествием человеческой армии, которая напоминала потрёпанную змейку с наполовину сброшенной серебристой чешуёй, которая медленно тащилась по заснеженной дороге, я невольно представлял себе мифы и легенды, фрески и картины, в которых человечество опишет эту войну много лет спустя… Если, разумеется, всё ещё будет существовать к этому моменту.
Сам же я тоже помогал, но редко. Следовало экономить ману. Теперь мне было известно, что чем меньшей я её трачу, тем больше времени могу провести в пределах одного мира. Сейчас же именно время (и туманность) представляло для меня главный ресурс
В остальном я снова избрал для себя роль стратега, если не тактика.
После Петропий мы отправились в другой город, ещё немного южнее, а затем пошли на юго-восток.
Иной раз генералы, робко, с видом глубочайшего почтения спрашивали, в чём заключается смысл нашего шествия? Ведь нельзя же перемещаться вечно. На эти вопросы я отвечал самым туманным возможным образом. Ещё не время, говорил я своим глубоким голосом, ждите, верьте, молитесь и всё неминуемо станет ясно…
Или нет.
В один момент я начал сомневаться в своей стратегии. Туманность действительно прибывала, но делала она это слишком медленно. Даже титаны приносили жалкие крохи. А ведь я уже начинал, постепенно, ощущать призрачное наступление сонливости. Если я не успею перейти на Десятый ранг и уничтожить Знаменосцев, то вполне может быть, что во время моего следующего визита в этот мир меня встретит сплошная заледенелая пустошь. Нужно было сменить тактику. Принять решительные меры.
Но что именно я… Мы… могли сделать?
Я размышлял об этом несколько дней подряд. Всё это время решение маячило прямо у меня перед глазами, и в то же время оно было таким радикальным, что сперва я не мог отважиться на этот поступок. Наконец, после прочтения очередного доклада о состоянии нашего войска я понял, что, либо мы сделаем это сейчас… Либо уже никогда.
В этот же день я приказал генералам остановиться в городе Магриба, прежнее население которого, до великого исхода, который последовал после начал войны, составляло примерно двести тысяч человек. Сам по себе город находился на равнине. Это было не самое удобное место для удержания, когда сражаешься против обычного противника, но весьма благоприятное, если в качестве последнего выступают ледяные монстры. Последним неровности ландшафта играли только на руку, ибо големы и в особенности титаны запросто забирались на любые возвышенности и не знали усталости, которая мешала обычной, человеческой армии преодолеть ухабистый ландшафт.