Наконец, он обмяк, потеряв сознание.

Тонкий зелёный росток пробил ткань рубашки на груди парня, устремляясь вверх. Он быстро разрастался, и на его верхушке начали раскрываться крошечные бутоны.

Бутоны раскрылись.

Внутри каждого мерцала крошечная искорка, переливающаяся всеми цветами радуги.

Звёзды таланта.

Их было три, видимо это всё, что имелось у этого парня.

Мерлок наклонился и аккуратно сорвал бутоны, после чего стебелёк тут же завял и рассыпался прахом.

— Благодарю за вклад в моё развитие.

Звёзды в его ладони вспыхнули и впитались в кожу.

Мерлок развернулся и зашагал прочь, оставив жертву валяться у камня.

Увиденное заставило меня содрогнуться.

Этот человек с седыми висками и зловещей мотыгой видимо и был Небесным Огородником, о котором с таким пафосом рассказывал Рональд. «Добросердечный практик, который помог нашему региону».

Вот только реальность оказалась далека от красивой легенды.

Воспоминания понеслись дальше с невероятной скоростью.

Мерлок шёл сквозь леса и долины, и везде после него оставались тела и сломанные судьбы.

Он сражался с другими практиками, и его мотыга рассекала воздух с жуткой грацией, оставляя за собой борозды разрушения. Противники падали один за другим, а потом получали всё тот же выбор.

Синее или красное.

Большинство выбирали синее, предпочитая серую жизнь смерти в муках.

Но находились и смельчаки. Молодые и горячие практики хватали красное семя и проглатывали его с вызовом во взгляде.

И умирали.

Терновая Лоза прорастала сквозь их тела медленно и мучительно. Тонкие побеги пробивались сквозь кожу, оплетали рёбра и прорывались наружу в самых неожиданных местах, а крики жертв затихали только когда лоза добиралась до сердца.

На месте погибшего оставался лишь куст, щедро увешанный бутонами со звёздами.

Мерлок собирал кровавый урожай с равнодушием опытного огородника.

Год проходил за годом, и число звёзд в его теле росло.

Его культивация взлетела до седьмого уровня Закалки Тела, потом до восьмого, девятого и наконец он прорвался на вторую ступень.

Теперь его жертвами становились не юные практики, а опытные воины второй ступени, главы небольших кланов и старейшины. Мастера боевых искусств с десятилетиями опыта падали перед мотыгой Мерлока и делали свой выбор.

Старейшины, прожившие век, стояли на коленях перед этим человеком и глотали синие семена, а их лица искажались от ужаса, когда звёзды навсегда покидали их тела.

Регион погружался в хаос.

Сильнейшие семьи объединялись против общего врага, и охотничьи отряды прочёсывали леса в поисках монстра. Награда за голову Мерлока росла с каждым месяцем, но он оставался неуловимым и непобедимым.