— Дрей… Как ты себя чувствуешь?
Я ощущала вину, что со своими печалями совсем забыла про него. С учетом того, что Дрей проявлял ко мне знаки внимания, разговаривать с ним казалось несколько неловким. Но я не могла не узнать о его состоянии, чувствовала свою ответственность.
Окинув меня традиционным совершенно нечитаемым взглядом, Дрей молча пожал плечами, придерживая горлышко сосуда под водой прохладного ручья.
Скрывая неловкость, села рядом, умывая лицо и руки. Вода освежала голову, стало немного полегче. Мимо на полном ходу носились зелёные стрекозы. Дрей продолжал молчать. Мысленно сетуя на мужскую немногословность, поняла, что придётся выпытывать.
— Давай так, что ты чувствуешь? Что-то изменилось?
Дернул щекой.
— Дрей, я правда беспокоюсь! Скажи мне хоть что-нибудь. Пожалуйста…
Он бросил на меня серый взгляд и нехотя заговорил.
— Не знаю я, Лиса. Живой, как видишь. Пока чувствую слабость. Но магии…
Он щелкнул пальцами и сделал круг рукой.
— Да, ничего. Магии нет. Это уже неплохо.
— А волчьи… особенности есть?
Опять пожал плечами.
— Не уверен? Нет? — я не успокаивалась, вглядываясь в него, силясь прочитать хоть что-то на невозмутимом лице.
Дрей молчал, не выдав себя ни одним движением, ни один мускул не дрогнул. Я поняла, что информации не добиться.
— Если сердишься, извини. Просто волнуюсь за тебя… — огорченно отступила, неловко залезая ботинком в воду.
Закрыв бурдюк, Волк выпрямился, тяжело вздохнул и уже свирепо посмотрел мне в глаза.
— Женщина… — с рыком сказал он, вложив в слово максимальное количество истинно мужского недоуменного раздражения. — Я не понимаю, почему ты решила, что я должен на тебя сердиться. Ты сделала то, что я попросил. Я — благодарен. Сказал правду: магии нет, чувствую слабость. Всё. Я могу сердиться на кого угодно, на что угодно, но я не сержусь на тебя.
Беспомощно глядя в хмурые серые глаза, я в очередной раз осознала, что женское восприятие мира может быть крайне далеко от реальности.
«Глупая ты, Алиса. Волков твоя внутренняя Санта-Барбара не интересует».
Выдохнула, ткнула носком ботинка камешек.
— Я тут подумала: может волка надо как-то пробудить? — робко заговорила. — Иногда ведь нужно внешнее воздействие. Что может проявить волка? Запах? Добыча? Охота? Битва? Инициация? Хоть что-то, чтобы подтолкнуть.
Мне казалось, что идея простая, поверхностная, что он сейчас усмехнется, но Дрей неожиданно замедлился, замер. Задумался.
— Х-м-м… Не подумал об этом. Может ты права, — он сделал пару широких шагов, явно соображая. — Хорошая идея. Я знаю, что можно попробовать.