Мороз пробежал по коже Александры Николаевны, но распоряжения Медведева она выполнила четко. Было в его голосе что-то такое, что не давало возражать или спорить.
Но в кабинет Александра не пошла — поднялась в свои комнаты и запретила слугам заходить на кухню.
— Фекла, вот, возьми, — Саша вынула из кошелька серебряный рубль, — сходи в трактир, принеси горшок похлебки, хлеб или пироги, чтобы вы все поели. На кухню заходить нельзя. Ешьте где-нибудь подальше от кухни и потом ложитесь спать. Не забудьте принять зелье!
Девчонки лупали глазами, застыв перед барышней, как бандерлоги перед Каа.
— Ну чего встали? Бегом исполнять! А ты, как тебя? Матрена? Матрена, собери тут все и просто вниз унеси. На кухню — ни ногой!
Девчонки прыснули вниз, дворник ушел степенно, но посмотрел перед этим одобрительно. Значит, знал или догадывался. То-то он самый тут крепкий и подвижный. Впрочем, девушки без постоянной выкачки жизненной энергии, скорее всего, поправятся.
Пустого волнения Александра не любила, поэтому вышла на лестницу и прислушалась. Ага, внизу хлопнула дверь, раздались недовольные голоса, а вот потом… Дом накрыло куполом тишины. Да таким, что аж уши заложило! Что же такое они обнаружили в тайнике ведьмы?
Стоять в холодном коридоре Саша не стала — вернулась в комнату, взглянула на темень за окнами и… пошла спать. Даже переоделась в приличный для барышни ее положения капот и не забыла протереть тело губкой. В общем, выполняла привычные перед сном действия, позволяя телу успокоиться и привыкнуть. Потом легла в постель, натянув до самого подбородка тяжелое одеяло, набитое оческами шерсти, и уснула. Просто как-то разом кончились силы.
Открыла глаза Александра только от деликатного покашливания у двери. Приподняла голову и обнаружила на пороге спальни одну из девушек-горничных. Фекла? Или Матрена? Спросонок они казались одинаковыми.
— Что? — спросила Александра хрипло.
— Барышня, к вам там господин прапорщик пожаловал! Просит спуститься в приемную!
Саша вздохнула.
Одевание в этом мире штука долгая и сложная. Впрочем, все привыкли, так что…
— Подай воды для умывания и стакан крепкого чаю с медом. И сухарь. И господину прапорщику собери чай посытнее. На кухню-то разрешили уже заходить?
— Дозволили, — закивала девчонка, глядя на Сашу, как на мать родную.
— Ну вот и ступай, я сейчас встану!
Девица закивала, выскочила на секунду за дверь и тут же внесла тяжелый кувшин с кипятком — подготовилась!
Пока Александра поднималась, умывалась и чистила зубы толченым мелом, служанка шустро сбегала вниз и вернулась с маленьким чайным подносом, отчитавшись, что гостю перекус тоже подали.