— Не понимаю, — покачала головой Александра, — ваш супруг не успел выслужить пенсию?
Дама не выглядела юной, а значит, ее супруг, скорее всего, успел выслужить пенсионные двадцать пять лет.
— Успел, но пенсии на прежний уровень нашего дома не хватит, — всхлипывая, заявила Аполлинария, — да и мальчику на службе нужно содержание… Офицерское довольствие — сплошной мизер!
Саша хмыкнула. Маменька продолжала наступать на те же грабли — пенсию отправляла сыночку, а сама искала место с проживанием и питанием, ну еще желательно не хлопотное. Только вот в школе нужно будет работать, да еще с детьми-магами.
— Полагаю, про школу вы услышали от старых подруг и решили попытать счастья, — сказала она строго и по реакции женщины поняла, что угадала, — но вы не маг, а у нас будут обучаться дети с магической силой. Вы не выносите детей и обладаете слабым здоровьем. Результаты вашего воспитания меня тоже не радуют. Полагаю, вы нам не подходите, мадам.
Слезы сразу высохли, а взгляд мадам Крейгель стал неприятным и тяжелым:
— Я пожалуюсь герцогине Ольденбургской!
— Жалуйтесь, мадам, — Саша взглянула на вдову с иронией, — вы не предоставили ни одного рекомендательного письма, вы имеете доход в виде пенсии супруга и слабое здоровье… Полагаю, ее светлость предложит вам место в богадельне, но это уже не мое дело. Мне нужны работники, а не нахлебники!
Выпрямившись до хруста в спине, Аполлинария Илларионовна покинула кабинет, хлопнув дверью.
Глава 26
Через минуту после эффектного ухода неудачной кандидатки в дверях показалась горничная с подносом:
— Мадемуазель, ваш завтрак!
— Ставь на столик, — Саша кивнула на чайный стол у окна, — потом забери почту, пусть Степан отправит.
Девушка поклонилась и ушла.
Александра успела налить себе чашку чаю и с аппетитом присматривалась к гречке с грибами, когда в дверь постучали. Вздохнув, Саша сказала погромче:
— Войдите!
На пороге появился прапорщик. Умытый, выбритый до синевы и… в свежей рубашке под слегка расстегнутым воротником мундира. Кажется, он чем-то заслужил благоволение Авдотьи Павловны или просто раздел дворника.
— Доброе утро, господин прапорщик, — Саша встала, — приказать подать вам завтрак?
— Благодарю, мадемуазель, — щелкнул каблуками Медведев, глядя на девушку словно бы в задумчивости, — меня уже накормили. Я заглянул, чтобы узнать, нет ли у вас писем для их светлостей. Я могу передать.
— Да, есть… Только их уже отнесли дворнику.
— Что ж, тогда не стану мешать. Я так понимаю, у вас начинается прием детей?
— Да, сегодня после полудня. Я так понимаю, все заинтересованные лица уже в курсе, но объявление на воротах уже висит.