— А сейчас куда? — интересуюсь я.

— Прогуляемся к «обережным», — отвечает мне мама. — Вы, конечно, великие воины, но обереги — это ваша безопасность, поэтому они необходимы.

Тут я полностью согласна: все, что служит нашей безопасности, нам абсолютно точно надо.

Сергей

Варя оттаивает, это заметно. Учитывая тепло мамы и заботу Любавы, это неудивительно. Они дают нам почувствовать себя детьми, по-моему, это просто бесценно. Я за них, если нужно, все царство корнями вверх переверну, что тоже логично. И вот с деньгами этими… нам просто дали понять, что наши деньги должны остаться у нас, а обеспечивать детей должны родители. С одной стороны, это тяжело принимается, но вот с другой…

Торговые ряды напоминают вещевой рынок, коим и являются на самом деле, с другой стороны — в старых фильмах-сказках так показывали места торговли, так что можно сказать, что все знакомо. Ну и ведут нас правильно: белье, одежда, все остальное. Учитывая наличие колдунов, существование оберегов вполне логично. В нашем случае еще и правильно, потому что с дураками на Руси никогда дефицита не было.

Идем мы, значит, куда ведут, и тут я вижу до боли знакомую символику — теща чай пьет. Символику Гигиеи так называют. Не узнать эту символику просто невозможно: сколько лет она у меня в петлицах светилась-то. В первый момент этот знак на белого цвета здании вызывает понятные ассоциации с аптекой, поэтому я поворачиваю в ее сторону — нет у нас с собой медикаментов, только индивидуальные перевязочные пакеты.

— А что здесь, аптека? — решаю я уточнить.

— Нет, — качает мама головой. — Тут экзамен принимают на подтверждение звания лекаря. Милалика наша придумала, как сделать так, чтобы подтасовать невозможно было.

— А если не сдают, тогда что? — интересуюсь я, сделав еще шаг по направлению к зданию.

— Плетей дают и звание отнимают, — пожав плечами, отвечает она.

— Плетей — это по попе? — живо интересуется Варенька и, увидев кивок мамы, останавливает меня. — Сережа, стой! Кто знает, что там за экзамен, а по попе я не хочу, мне хватит.

— Тебе точно хватит, — киваю я, разворачиваясь в противоположную сторону.

— Постойте, дети, вы же лекарями были? — переспрашивает мама, затем решительно отправляясь к крыльцу.

— Были, — киваю я, обнимая прижавшуюся ко мне Вареньку. — Да только мы человеческую медицину знаем, а тут кто знает.

Но мама уже общается со стражником. Суть-то простая — мы дети, потому самозванцами быть не можем, и по попе нам в случае чего не положено, а попробовать силы — мысль хорошая. Стражник внимательно маму выслушивает, а потом достает какую-то коробку. Я подхожу поближе, чтобы оценить степень угрозы, но в коробке обнаруживается блюдце и яблоко, по ободу его бегающее, как в сказках.