Заур улыбнулся:
— На Кавказе на белой «Волге» может ездить кто угодно.
— Ну, ты же не ездишь?
— Я другое дело. Люди в колхозе не поймут, если мой отец ездит на УАЗе, а я буду на «Волге» рассекать.
— А хотел бы? — я вспомнил догонялку ГАЗ-24–24.
— Наверно, нет. Зачем мне она? «Шестёрку» — да, хочу. Водил бы с удовольствием.
А насчёт старика в папахе, если он местный, то ингуши и кабардинцы часто собираются в ресторане у гостиницы «Интурист», у суннитской мечети, знаешь?
— А разве осетины были мусульманами? Откуда мечеть в Орджоникидзе?
— Нет. Разве не знаешь? — он удивлённо покосился на меня. — Только очень небольшое число. Процентов пять-восемь, в районах, прилегающих к Кабарде.
Мы поболтали ещё долго про ралли и гонки. Он был неплохо осведомлён о местных дорогах и способах езды по бездорожью и я прислушивался к каждому его совету. Вскоре к нам подошла женщина и что-то сказала ему по-осетински.
— Ты извини, я на работе. Мне нужно в гараж.
— Конечно, пора и честь знать, как говорят у нас. Спасибо за завтрак.
Мы встали.
— Не за что. Ну что, твой «Дуремар» готов к подвигам? — хлопнул он по капоту, и в ответ двигатель взревел ровным, бархатистым басом, заставив улыбнуться моего друга.
— Слушай этот звук… — перекрикивая рёв мотора, сказал он, и в его глазах вспыхнул тот самый огонёк, который я видел только у настоящих фанатов. — Вы что с УАЗом сделали? Так не бывает! Чистая музыка! У тебя там распредвал новый или просто клапана отрегулированы?
— После гонки познакомлю с механиком, если смогу доехать до финиша.
Заур фыркнул, но одобрительно кивнул — в нашем кругу такая скромность ценилась, мы понимали друг друга без слов.
— Ладно, гонщик, — он отошёл на шаг, освобождая путь. — Удачи, встретимся на старте.
Я помахал в ответ.
«Дуремар» дёрнулся с места, подбрасывая в воздух клубы золотистой пыли.
В зеркале мелькнула фигура Заура — он стоял, подняв руку в прощальном жесте, постепенно превращаясь в маленькую тёмную точку на фоне белёсого неба.
* * *
Через полчаса я припарковался поодаль от гостиницы «Интурист», рядом с мечетью.
Мой автомобиль привлекал внимание своими наклейками, зеваки останавливались и обсуждали необычный УАЗ.
Пока люди разглядывали мою машину, я разглядывал автостоянку у гостиницы.
Вот она. Белая «Волга». В салоне никого нет.
Я вышел и запер водительскую дверь «Дуремара».
Глава 23
Я припарковал УАЗ в тени раскидистого платана, сделав вид, что проверяю давление в шинах.
Та самая белая Волга напротив входа в «Интурист», сверкая хромом на солнце, на дальнем конце площади у ревущего рядом Терека.