Ветер усилился, подхватил полы ее тонкого пальто. Я снял плащ и накинул ей на плечи, прежде чем она успела возразить. Тяжелая темная ткань почти полностью укрыла маленькую фигурку. Поправляя ворот, я случайно коснулся пальцами обнаженной кожи у основания ее шеи, Селеста вздохнула, но не отступила.

Моя рука задержалась рядом с ее ключицей дольше, чем было необходимо. Селеста подняла глаза, и несколько мгновений мы просто молча стояли.

— Спасибо большое, — наконец произнесла она. — Мне действительно некуда сейчас пойти.

Я помог ей забраться в карету, накрыл теплым плащом и сел напротив. Закрыл дверцу, и карета тронулась.

Селеста плотнее закуталась в мой плащ. Ворот скрывал почти половину ее лица.

— А откуда вы едете, милорд? — спросила она скорее из вежливости, чем из любопытства, просто чтобы заполнить неловкую тишину. — Простите, что спрашиваю, просто странно встретить вас здесь посреди ночи.

«Ничего странного», — подумал я.

Я следил за Селестой с момента, как она вошла в поместье, подкупил слугу, чтобы отправил ее ждать аудиенции под дверью кабинета. И попросил одного из «гостей» говорить то, что она должна была услышать. Я устроил так, чтобы на дверь наложили чары, чтобы Селесте было хорошо слышно каждое слово.

Ее побег не был случайностью. Каждая дорога этой ночью должна была привести Селесту ко мне, и от осознания этого я одновременно испытывал удовлетворение и неприятный укол стыда.

— Я был за городом по делам и задержался немного, — спокойно ответил я.

Селеста кивнула и принялась внимательно изучать внутреннее убранство кареты. Темное дерево, серебряные накладки, тонкую вышивку на подушках.

Сначала показалось, что она просто избегает разговора, но затем я заметил ее отражение в оконном стекле. Селеста смотрела не на серебро и не на вышивку, а на меня. При этом на лице было такое выражение, будто она сама не понимала, почему продолжает меня разглядывать.

Когда карета свернула на длинную аллею, ведущую к замку, лунный свет упал на высокие кованые ворота. На них ярко блестел герб дома Крейнов: черный ворон, держащий в когтях разорванную корону.

— Крейн?!.. — воскликнула Селеста и резко повернулась ко мне. Плащ соскользнул с одного плеча, открывая тонкую шею и край голубого платья. — Вы Деймон Крейн? Младший брат короля?

Я слегка наклонил голову.

— Он самый, — я внимательно следил за ее лицом, ожидая привычного страха, который появлялся у тех, кто слышал мое имя, но его не было.

Я, привыкший видеть в людях расчет, отметил, что ее смущение было искренним. Селеста смотрела так, словно пыталась соединить страшные слухи с человеком, который укрыл ее плащом и не позволил замерзнуть на дороге.