Ей захотелось поднять руку, убрать упавшую ему на лицо темную прядь и провести пальцами по резкой линии скулы. Селеста даже слегка шевельнулась ему навстречу, но вовремя остановилась.

В груди стало странно тепло и одновременно грустно. Деймон выглядел таким трогательным в этот момент, что хотелось его обнять.

«Какой же он красивый…» — неожиданно подумала она и тут же мысленно одернула себя.

Однако запретить себе смотреть оказалось гораздо труднее. Взгляд снова скользнул к его губам, и в памяти ожил незаконченный сон, в котором между ними оставалось всего несколько мгновений до поцелуя.

— Я не сержусь, — ответила Селеста. — Я понимаю и очень благодарна тебе, правда.

Она осторожно коснулась его руки, словно хотела успокоить.

— И тебе спасибо, — добавила она, снова обращаясь к Вельморису. — За каким бы делом хозяин тебя здесь ни оставил, мне очень повезло, что это случилось.

Деймон молчал несколько секунд.

— Селеста, я должен признаться тебе кое в чем, — осторожно произнес он. — Я слышал, что твой дядя вчера устроил аукцион. Хотел выдать тебя замуж за большой выкуп.

Селеста вздрогнула. Откуда он узнал? Впрочем, неважно. Важно, что теперь он знал, насколько низко она ценилась, раз ее продавали как товар.

— Да, — выдавила она. — Это правда.

— На меня тоже давят, заставляют жениться, — продолжил Деймон. — Хотя, сама понимаешь, добровольно с моей репутацией ни одна девица за меня замуж пойти не захочет.

Он сделал небольшую паузу, глядя ей прямо в глаза.

Селесте захотелось немедленно возразить, но слова застряли в горле. Она бы пошла. И пугающим было не само это открытие, а то, насколько быстро и уверенно прозвучал ответ внутри нее.

— …Так почему бы нам действительно не заключить с тобой брак? Фиктивный, — поспешно добавил он. — Тебя это защитит от дяди и от таких, как Мирелла, а мне не нужно будет спешно искать девушку, которая не испугается моего дара.

Селеста молчала, шокированно уставившись на него. Брак? С Деймоном Крейном? Темным магом, «способным высасывать души»?

И с человеком, который уже трижды ее спас…

Вместо страха перед ней неожиданно возникли совсем другие картины. Она представила, как будет каждое утро видеть его за одним столом, встречать в коридорах замка и слышать низкий голос, произносящий ее имя. Представила, как его ладонь снова ложится на ее талию, но уже не случайно.

Теперь слово «покровитель» звучало холодно и даже оскорбительно, теперь ей нужен был не титул Деймона и не его влияние, а он сам, со своей неловкой заботой, опасной силой и одиночеством, которое он так старательно скрывал.