Лена понемногу удлиняла вечерние прогулки. Кин сказал, что она свободный человек и сама распоряжается своим временем. Раз работа сделана, старикашки собраны и отходят ко сну под ласковые речи и нежные касания ажлисс, то можно пойти проветриться. Сегодня был особенно тяжёлый день: оказалось, что дурная Натальванна, как назло, с самого начала приписанная к Лениному шестьдесят пятому отсеку, собрала запасы пищи в шкафчике и под матрасом. Всё открылось, когда по больнице поползла жуткая вонь, и запасливую бабку сдала её соседка по комнате — беременная Светлана. Две Светланины дочки жили в школе, муж — на стройке, а Света вот коротала дни, помогая Лене. Но тухляк выкидывать отказалась — убежала дышать на улицу. Лене же пришлось звать на помощь Кина, чтобы заменить белье и матрас, и заставить свихнувшуюся старушенцию нормально поужинать. Кин согласился снова надеть бабке обруч, повторив ей правила поведения. Теперь Натальванна постоянно бормотала замаскированные елейным голоском угрозы и проклятья, но вела себя смирно. А слушать её не обязательно — так, не старушка, а испорченная пластинка. В больнице и без неё постоянно работало радио, играла музыка, визжали малые дети… Постояльцы целыми днями смотрели коммы, которые работали как телевизоры — в них были всё те же земные фильмы и программы новостей с разных планет, которые выглядели совершенно одинаково. Рождаемость, производство, перемещение продуктов… Пускай старики и кормящие мамки смотрят бесконечное знакомое с детства кино и занудные новости. Гораздо интереснее просто читать энциклопедию. Они же на другой планете! И Лена сегодня сделает то, к чему морально готовилась с прошлого посещения границы посёлка.
Хотя Кин говорил с каждым, объясняя, что Земля перенаселена, а их, как самых перспективных, выбрали для облагораживания и заселения новых планет, и тут им будет лучше, люди всё равно жаловались, негодовали, требовали… Скучали по привычным вещам и знакомым местам. У многих где-то остались друзья, а постоянную связь обещали сделать лишь через несколько месяцев.
Но Лена не понимала: какие, например, перспективы от Натальванны? Многим снова надели ошейники. В ошейниках люди так не кричали и не мешали, но вокруг них висела гнетущая атмосфера и было просто тяжело находиться рядом. Поэтому при любой возможности Лена удирала на прогулки.
Новая Москва вольготно захватила пологий холм. Кин сказал, что окружающий лес специально расчистили, а ниже по реке планируют построить деревообрабатывающую фабрику — там уложен запас заблаговременно срубленных деревьев на первое время; а ещё ниже будет завод искусственных материалов. Лена уже объездила весь городок, пока что выглядящий как картинка из компьютерной игры: схемы широких улиц, кое-где коробки временного общего жилья и будущих мест для работы и развлечений. Смотреть было не на что. Движение редкое — только такие же кладовщики, как она, рабочие на стройках да редкие пешеходы. У строителей имелся собственный склад и спальный павильон.