Моросило.
Часовой узнал Сурена и пропустил их в кабину ракетной установки.
Хмурый подполковник обернулся, отвлёкшись от приборов.
— Я вот снайпера привёл, товарищ Кузнецов, — Сурен поздоровался и обратился к Сергею: — Покажи оружие.
Сергей молча положил перед подполковником сундучок с Милкой и открыл.
— Воевать, значит, пришёл? — кивнул в ответ Кузнецов. — Сядь. Засучи рукав до локтя и положи руку на стол. Ладонь к столу прижми…
— Зачем?
— Сейчас проверим, какой ты свой, — Кузнецов распечатал бритву-жилетку и резанул вдоль по мышце предплечья. Из пятисантиметрового неглубокого пореза тонким ручейком заструилась кровь.
— Ну чё? Долго смотреть будем? — Сергей держал руку и ждал.
— Порядок, — Кузнецов довольно кивнул и перекинул ему травмпакет. — На, завяжи.
— Спасибо, что не голову, — вполголоса огрызнулся Сергей.
— Можем и голову. Но проверить надо. А то эти пришельцы намастырились дублей делать, но на них всё заживает, как на упырях. Через три часа отправляемся на позицию. Ты поедешь с Бульдой, — бритый качок, стоящий за спиной Кузнецова, мотнул головой и улыбнулся. — Будешь подходы к позиции охранять, раз стрелок хороший. Не буду у тебя ни присягу брать, ни причины спрашивать. Время сейчас не то. Сурен, накорми друга и размести.
* * *
В эту ничем не примечательную долину Сергей с Бульдой приехали первыми, ещё до рассвета.
— Найди себе позицию тут где-нибудь, — Бульда неопределённо указал на правый склон громоздящихся кругом гор. — А я с другой стороны буду, но немного сбоку, чтоб ты меня не хлопнул, снайпер! — И оттарахтел во тьму.
Сергей посмотрел туда, где напротив и глубже в долине помелькала фара и следом замельтешил фонарик, и завёл «бээмвуху» далеко в сторону от возможного движения. Сам он обойдётся без фонарика. Если приспособиться, то всё видно, а фонарики для идиотов — только себя обнаруживать и обзор сужать.
Уже немного светало, когда Сергей решил, что поднялся достаточно высоко, и практически сразу нашёл вполне аккуратное укрытие. Настоящий уголок стрелка: скол полочкой, заросший колючей дрянью, цепко лезущей выше и свешивающей лиственные плети во все стороны. Тут и гаубицу воткни — никто не разглядит, пока палить не начнёшь. Расчистил себе нишу, повырезал лишние ветки. Вся долина и подъезды слева проглядывались как надо. Хотя в организованное военное преследование сбежавшей ракетной части не верилось вообще. Уж больно тихо везде и всюду. Дороги пустые, людей почти нет. Если только примчится какой «синий» на гравилёте, но вот по их полусферам зенитки и вдарят.