— Можете идти к вашим друзьям, — синяя улыбнулась и отступила к следующему креслу. — Идите-идите!
Кузнецов распрямил плечи и пошёл на выход, глянув, кто ещё спустился. Ещё двое, и спускаются следующие кресла. Его бойцы! Все лица знакомые… Увидел капитана Озерова-Бульду, а остальные имена что-то сейчас не вспоминаются.
Подходя к беспорядочно топчущемуся и разоружённому дивизиону, тайком пощупал штаны — вроде ничего к заду не липнет, дерьмо ж такое…
— Стройсь! — заорал Бульда.
— Да погоди ты, — отмахнулся Кузнецов.
— Выходите, выходите! — донеслось от корабля — синяя выгоняла последних.
Коническая щель закрылась, и громадная, размером с хорошую виллу, серая полусфера бесшумно поднялась в облака.
— Здравствуйте, — произнёс рыкающий бас по-русски. Из низкорослого пороста, окружавшего полянку, вышел громадный зверообразный мужик. — Я ваш вождь.
Кузнецов разозлился: вот она истинная морда пришельцев! Широкая харя с выступающими челюстями, седые бакенбарды. Звериные жёлтые глаза практически без белков. Чужой стоял, широко расставив коротковатые ноги в оранжевых шароварах, пошитых из тонкого войлока. Сапоги с загнутыми носками, светлая рубаха нараспашку с жилеткой из дублёной шкуры навыворот — чисто одичавший гуцул, только колпака красного не хватает. Зато рожа жуткая. И широченный как горилла — вон и ручищи чуть ли не до колен.
— Меня зовут Рис. А это Олег и Ваня, — чужак полуобернулся и указал на двоих штатских, сразу направившихся к солдатам. — Они сейчас снимут ваши ошейники и помогут вам освоиться. Проводят к хозблоку, вокруг которого вы построите посёлок. Как только вы…
— Бей предателей! — освобождённый от ошейника Бульда коротким тычком сбил с ног Олега. Ваню тоже повалили и даже успели пару раз пнуть ногами.
— Отставить! — гаркнул было Кузнецов, но его приказ перекрыл рёв чужака:
— Прекратить драку!
Чужак мгновенно снял и отбросил рубашку с жилеткой и двумя прыжками, опираясь на руки, влетел в толпу. Тяжёлыми оплеухами раскидал дерущихся. — Не сметь драться! Официальные бои каждый девятый день на ярмарке. Или получите снова ошейники. — оглянулся на Кузнецова. — Вы их вожак?
— Пётр Николаевич, — бросил Кузнецов, сомневаясь, надо ли сообщать звание.
Чужак выпрямился и, мельком глянув на отряхивающихся помощников, оглядел отшатнувшихся и притихших людей. Удовлетворённо кивнул и уже как человек на двух ногах вернулся к Кузнецову. Душно воняя мокрой псиной, снял с него ошейник. — Прошу вас, призовите своих людей к спокойствию. Я поклялся сохранить вас всех и ваши семьи тоже! Человечество может быть уничтожено.