Тюрьма была пуста. Всех способных социализироваться отослали на колонизацию или выпустили в ошейнике под чьё-нибудь руководство. Неспособных или больных без лишнего шума утилизировали. С этой стороной жизни Империи её новые граждане познакомятся позже. Пусть пока думают, что тех увезли, переселили. Они просто исчезли, как и многие, многие другие. Приучать к новому надо постепенно.
— Лирой, спроси у сторожа, как зовут моего человека.
Сторож с энтузиазмом выдал длиннющую тираду, азартно жестикулируя ключами в интервалах между открыванием и закрыванием дверей.
— И это всё его имя, да? — проворчал Стив.
— Нет, конечно, — Лирой ещё что-то уточнил и добавил: — Твоего подопечного зовут Сергей Исаевич Калинин. Он очень беспокойный, грубит сторожу и плохо ест.
— Они что, никогда не работали в изоляторах? Чем его заняли? Мог бы дворик озеленять — там же с ума свихнёшься от серого камня.
— Тут изоляторы организованы по-другому. А твой Сергей Исаевич Калинин не внесён в систему, на него правила не распространяются. После допроса его привезли сюда и заперли. Ты его куратор.
— То есть не было человека и нет? — Стив даже остановился. — По-вашему, я его беру, чтобы незаметно убить в собственное удовольствие?
— Ну-у-у, — замялся Лирой. — По закону его надо казнить, но… Тебе виднее, раз ты оформил кураторство. Ты же не просил, чтобы его внесли в систему.
— Ясно, — сбился Стив с волны негодования. Не будет он разговаривать про свою жизнь и объяснять свои проблемы Лирою и этому зыркающему с любопытством сторожу! Думаете, что экзекутор кровожаден и мстителен? Вот и думайте дальше.
Наверное, он сократит имя и будет звать стрелка Сер. Или Кал. Ис тоже было бы красиво, но это же имя по отцу…
Стив легонечко и совсем недалеко сканировал. Очередная дверь и вот — встрепенувшееся сознание стрелка, услышавшего визитёров.
Заросшее и измождённое лицо пленника виднелось в окошке карцера. Пахло неисправной канализацией, нестиранной одеждой. Разными телесными отходами, страхом и злостью. Стрелок что-то сказал. В его голове крутились разные способы умерщвления Стива.
— Он думает, ты пришёл казнить его, — перевёл Лирой.
— Далась вам эта казнь. Лирой, скажи ему, что я его убивать не буду, пусть не боится, — и навёл на пленника умиротворение и спокойствие, заодно проверяя его состояние.
Стрелок выглядел уставшим. Он был в той же самой пятнистой военной форме, в которой его поймали. Одежда носила следы весьма неуспешной стирки. В карцере из средств гигиены обнаружился только образчик их дикой технологии — рулон туалетной бумаги.