— Сколько я могу поговорить?
— Полчаса тебе хватит?
— Это пятьдесят минут? Да меня Серёжа раньше прогонит! Он столько никогда не говорит.
— Дверь оставлю приоткрытой, но тут никого нет. Вызови меня через комм, я буду недалеко, чтобы тебе не мешать.
Лена сидела и ждала. Экран зажёгся, и там появился Глашатай. Улыбнулся и исчез. А напротив стоял, опершись обеими руками на стол, молодой недовольный парень…
— Серёжик⁈ — воскликнула Лена. — Ой, какой ты молоденький совсем! Тебя омолодили, да? А зачем? Тебе же и сорока не было! Такой был суровый дядька, а теперь младше меня!
— Здравствуй, Лена, — Сергей цепко её разглядывал.
— Серкусь, перестань злобствовать. Что ты как в гестапо прям… Серёженька, как я рада. Спасибо Кину, он тебя нашёл!
— Какое спасибо! Они маму убили, планету захватили, — Сергей потёр лоб и сел, продолжая хмуриться.
— Ну что ты такое опять говоришь… Они нас спасли! Войн не будет, голода, болезней. А маме было плохо, она вон всё время к папе хотела и плакала… Это я виновата, я её бросила. Но я не виновата, меня Глашатай увёл. Давай не будем про тяжёлое? У меня ребеночек будет! У меня дочка будет через два, нет через… Представляешь? Через месяц! Я путаюсь в этих датах ещё.
— Ленка, я даже не знаю, поздравлять тебя или как. Тебя гипнотизировали? Ты отца-то знаешь?
— И не вздумай на меня наезжать! Я через месяц рожу, и всё. Никто меня не гипнотизировал. И не вздумай брякнуть про «нагуляла»! Домостроевец вооружённый. Разоружённый. Тебе там оружие, небось, не дают, да? Всё было по взаимному желанию. И тут всем всё равно, муж или не муж, материнство — это святое! Сама рожу, сама выращу. А потом ты приедешь. У меня все твои вещи тут. И мамины. Всё-всё здесь.
— Ленка, помолчи немного. Что ты так тараторишь… Дай я просто на тебя посмотрю. Я думал, тебя нет уже. Я даже сейчас не верю. Может, ты андроид какой. И со временем ничего не понимаю, когда ты успела ребёнка-то завести?
— Конечно! Зато ты не андроид: всё так же думаешь, что на тебе одном весь мир и держится! Конечно, ажлисс и порталы придумали, чтобы обдурить Серёжу. Смотри: в стандартном часе сто минут, у нас тут шестнадцатичасовые сутки, а в месяце сорок дней. Стандартный месяц — это почти два земных. Всё и получается.
— Тебя там где держат?
— Ой, да ну тебя совсем! — Лена всплеснула руками, вскочила, покружилась перед экраном и снова села. — Дикий ты! Как был дикий, так и есть. Хоть и молоденький. Нигде не держат, где хочу, там и хожу. Я шить научилась. Видел? Это платье сама сшила.
— Ага, как матрёшка на чайник…