К тому же, можно разглядывать Вика. Секретарь императора, больше похожий на кондитера, зачем-то вырядившегося в парадную форму, зачитывал Джи протокол будущего визита. И зачем читать вслух, если Джи может вытянуть из головы Вика что угодно и когда угодно… Зато на Вика смотреть приятно. С удовольствием бы с ним поиграла. Вик изменил своего андроида в сильную и решительную брюнетку. А ранее у него была маленькая девочка. Ради отдыха можно было бы поменяться во что угодно… Но Вик тоже остается на базе.

Элиз закрыла глаза и прошлась холодным ветром по своему телу, отгоняя кровь туда, где она не могла бы собираться в горячие пульсирующие узлы… Пускай течет свободно. Дышать ровно… Руки расслабить… Так… Рука императора лежит на столе, пальцы берут кусочек чего-то там с тарелки и несут ко рту. В детстве она могла смотреть на его руки часами… Эти пальцы могут быть так нежны, когда погладят её по краю уха, спустятся по шее, а она обернётся и поймает их губами… Боже, ей же не десять лет… Бездна! Протокол! Святой протокол, ну почему она не встала, как положено, за спиной Джи. Разглядывала бы сейчас резьбу на спинке стула.

Получила фантомный шлепок по заднице, вздрогнула и отвела глаза.

Император всё видит.

Просто великолепно, что никто больше так не видит и не умеет творить фантомы! Это счастье, что настолько развитый скан есть только у Джи да у экзекутора!

Наконец Джи закончил завтрак и встал. Стюард Эж помог императору облачиться в классический насыщенно-синий мундир с золотым шитьем. Джи пошел вместе с Виком к выходу, захватив темно-синий обруч короны. На ободке хищно блеснули золотые искры.

Элиз приготовилась пристроиться на свое обычное место, но Джи внезапно притянул экзекутора к себе и поцеловал.

— Соберись!

Сердце забилось рыбкой, выброшенной на берег. Элиз против воли ответила собачьим взглядом в спину императора и поспешила вдогонку, держась по протоколу за левым плечом.

Император играет, это хорошо! Значит, не держит зла.

В огромном ослепительно-белом пространстве Малого зала ожидал кортеж. Бледно-голубой лотос кареты призывно раскрыл силовые лепестки.

«Иди назад», — приказал Джи, и Элиз снова скисла: ну вот за что опять?

Могла бы сидеть у ног императора, на мягком.

Вскинула голову и отшагала за карету. Ткнула пальцем в почти невидимый сенсор, и лепестки раздвинулись, формируя отдельную кабинку, где она и будет стоймя торчать всю дорогу, словно черно-бордовая заноза в безмятежно-небесном цветке.

Два летучих биодракона, похожих на ярких лоскутных змей, раскрыли прозрачные крылья и, затейливо извиваясь, первыми улетели в туман активированного портала. Ранее драконы сбрасывали в толпы встречающих чешую, состоящую из денежных ленточек. Но из-за людской жадности, порождавшей массовые беспорядки и вспышки преступности, биосимволы Империи теперь наполняют мелкими сладостями, да и то изредка.