Можно подумать, все так жаждали обратиться к экзекутору! Что люди, что ажлисс, даже случайно встретившись с экзекутором взглядом, стремились, наоборот, куда подальше шарахнуться.
Марк считает, что игра в протокол не так уж тяжела. Конечно, остальное время он пасёт своих коров и не думает ни о чём. У неё же не было иной жизни. Тихо проклевывалось и росло раздражение. Она — эксперимент. Можно подумать, она могла выбрать.
Расслабиться и поесть можно будет только вечером, оставшись наедине с Джи… Будет неплохо, если Джи вспомнит, что император — гарант благоденствия всех своих подданных, и подарит экзекутора кому-нибудь на несколько часов или даже дней. Визит — это всегда шанс.
Элиз, заплетенная и зашнурованная, выскочила из комнаты и вызвала лифт. Ри присоединит экзекуторский однообразный гардероб к вещам императора в Малом портальном зале, где собирался кортеж, и останется на базе на своей основной работе — в лаборатории морфологии. Экзекутору на двоих с императором вполне хватит императорского стюарда…
Да, она сама могла бы подождать у кареты, но хотелось побыстрее избавиться от напряжения. Джи её не звал, а она затихла и не напрашивалась. Возможно, Джи будет так добр, что осчастливит её фантомом благословения еще на базе?
Элиз явилась в апартаменты императора, послала мысленное приветствие и расстроенная замерла у дверей — опоздала.
Джи завтракал за столом для заседаний и слушал секретаря. Началось официальное время.
Шла бы прямо к порталу и сидела бы себе в карете! Включилась бы в процесс вместе с остальными — и всё. Никто на территории базы не требует от экзекутора досконального соблюдения правил. Но раз уж пришла в форме и к докладу, так терпи. По собственной глупости добавила себе нудного ничегонеделания, играя в сопровождение раньше времени.
Хотя, с другой стороны, Элиз была рада, что Джи уже не настаивает на совместном приеме пищи с экзекутором. Столько лет прошло, а Крошка все еще не понимала, зачем император соблюдает полный протокол даже у себя в комнатах, превращая еду в сложносоставную пытку.
Были времена, когда во время приемов и официальных обедов экзекутору стоило больших трудов сохранять спокойствие, наблюдая, как его императорское величество элегантно подхватывает маленький кусочек чего-нибудь вкусного и несет в рот. Тонкие губы слегка раскрываются, и в них неторопливо вкладывается ложка. Губы смыкаются, ложка выскальзывает, снова приближается ко рту, рот в ожидании приоткрывается… Хакисс изнемогала бы от разнообразных желаний, но она не Хакисс. Хотя… Можно изменить теломорфу в кого угодно, личность же изменить нельзя. Но Джи давно её не волнует. Каждый просто делает свою работу.