Крис поселил прихвостня рядом с собой, но не спал с ним. Конечно, ведь Крису нравятся сочные блондинки.
Но в этом всё равно есть что-то демонстративно-неестественное.
Сколько там убил этот прихвостень? Человек двадцать невиновных?
Экзекутор убил больше, но виноватых…
В чем виноват экзекутор?.. Почему ей так мерзко? Почему она словно погасла? Состояние безнадежного ожидания. Чего она ждет? В древности была такая казнь — похоронить человека заживо. Но светлейший бог, живущий с нами, сделал ненужными подобные жестокости. Он изобрел ошейник. Куратор наденет ошейник на обуреваемого неразумными стремлениями человека, и ошейник, поймав преступные мысли, пошлет импульс прямо в мозг нарушителя. А когда у человека не останется нехороших мыслей, и дознаватель не найдет нехороших желаний даже в самых потаенных глубинах личности, куратор снимет ошейник, и обновленный человек снова вернется в равноправное общество.
На самом деле ошейник — дело бледных ручек научной подруги императора, регента Джул. Но ажлисс не отмечают заслуг изобретателя. Все свершается по воле Джи. А люди могут его благодарить, вознося молитвы в храмах и тратя свои деньги на поминальные кольца. Всё равно они пойдут во благо всего человечества.
Для ажлисс, свернувших с ровной дороги благодетельной и долгой жизни, есть маленькое ручное пугало или бесценный подарочек — экзекутор императора нашего Джи.
Что делать экзекутору, когда его посещают нехорошие мысли? Экзекутор может уповать только на императора, который справедливо и крепко держит свое верное орудие. И оружие.
— Я принес обед: креветки и рис, — Ри открыл душевую и выключил воду. — Никакого мяса, как ты любишь.
— Заткнись, — прошипела Элиз и сглотнула от приступа тошноты. Даже слышать о мясе гнусно. «Любишь!» Она просто не в силах есть мясо минимум декаду. Села, стряхивая кровавые видения.
Ри вытащил и вытер её, как маленького ребенка.
Экзекутор запихнула в себя еду, и физический голод утих. Но что теперь делать с моральной тоской, которая давила хуже камня на шее, тянула за сердце?
Было холодно. Элиз стащила одеяло и забилась в глухой угол у шкафа, замотавшись в мохнатую ткань. Ей полагается отпуск. Может делать что хочет. Но она ничего не хочет…
Ри бесшумно исчез, зная, что в такое время экзекутор не выносит ничьего присутствия.
Открылись двери.
Элиз дернулась и сжалась — Джи.
Джи молча разделся, сложил одежду на тахту. Подошел и перенес слабо протестующую Крошку на кровать. Обнял всем телом, прижав к себе спиной.
— Тебе надо выспаться.
«Мне надо умереть. Зачем ты сделал это со мной?» — Крошка закрыла глаза.