Миссис Джонс, против всяких ожиданий, вдруг улыбнулась. Только в этой улыбке не было ни следа привычных тепла и доброты.

— Знаете, — выговорила она неожиданно твердо, — меня вполне устроит, если его поджарят на электрическом стуле!

— По рукам, — пообещала я серьезно. — Миссис Джонс, я знаю, что вам сейчас непросто, но попробуйте сосредоточиться. Только вы можете нам помочь.

Уверена, отец Джонс ничего от нее не скрывал… За вычетом пары-тройки штрафов за превышение скорости, разумеется.

Летиция Джонс помедлила, затем высвободила пальцы и поднялась. Скособоченный фартук болтался у нее на шее, тесемки на талии были развязаны. К тому же седой пучок, всегда аккуратный, теперь больше напоминал клубок ниток после игры котенка.

— Нам нужно выпить чаю! — заявила она, не замечая беспорядка в собственном облике. — Минуту…

Слабо улыбнулась — скорее машинально растянула губы — и, шаркая ногами, вышла.

Тишина легла на плечи могильной плитой. Я откашлялась, просто чтобы нарушить ее, и шепотом набросилась на Рэддока:

— Эндрю, вы могли бы проявить немного сочувствия! Понимаю, что на вашей памяти сотни вдов, но…

— Лили, — перебил он укоризненно, и в теплых карих глазах зажглись колючие огоньки. — Неужели вы полагаете, что мне не жаль эту бедную женщину? Однако сейчас, поверьте, ей нужна не жалость. В противном случае она совершенно расклеится.

Пару мгновений я буравила его сердитым взглядом. Потом вздохнула и растерла лицо ладонями.

— Простите, — выдавила сквозь ком в горле. — Из-за всего этого я совершенно не в себе.

— Я понимаю, — заверил он мягко. — Лили, всегда нелегко, когда пострадал кто-то, чья судьба вам не безразлична. Но мы должны сохранять трезвый рассудок.

— Золотые слова, — оценила миссис Джонс, которая успела вернуться в гостиную с подносом в руках. Посуда на нем мелко позвякивала, но мы с Рэддоком дружно притворились, что этого не замечаем. — Вам обычного чаю, старший инспектор, или моего фирменного?

Я кашлянула, пытаясь его предупредить, но Рэддок мои попытки проигнорировал. Забрал из рук хозяйки тяжелый поднос и улыбнулся ей.

— Фирменного, разумеется. И, прошу вас, не называйте меня старшим инспектором. В этом округе с меня достаточно обычного «мистер».

Уголки губ Летиции Джонс слабо дрогнули.

— Вы хороший человек, мистер Рэддок. Спасибо, что вызвались помочь найти… убийцу.

Она прикусила губу и отвернулась. Слово это было ей как нож в живот.

— Вы не должны чувствовать себя обязанной, — заметил он мягко. — Просто вы дороги Лили…

— А вы — ее друг, — закончила она, и на щеках ее появились лукавые ямочки. — Близкий друг, верно?