Знают, что Куракин теперь не будет есть. Мало того, словно по волшебству, на столе появилась водка и стограммовая рюмка.

— Выпьете со мной? — спросил князь, но, не ожидая моего ответа, быстро опрокинул рюмку, чуть поморщившись, потом вновь посмотрел на меня. — Ты, Миша, честен со мной? Добра желаешь? А как иначе? Так складывается, что моё благополучие — это и твоя работа, оклад и моё благоволение.

У нас сеанс вопросов-ответов самому себе. Но я посчитал нужным заверить в преданности, и что всё будет хорошо. А после решил чуть отвлечь князя интересными проектами.

— Ваша Светлость, не скрою, я очень хотел бы, чтобы вы возвысились, рассчитывая на то, что и я буду вам помощником. Я предельно откровенен. И время фаворитов уйдёт, это пережиток. Насчёт же денег, то и тут можно заработать, — смех Алексея Борисовича не дал мне продолжить.

— Мне работать? — смеялся князь.

— Зачем же? — деланно удивился я. — Вот, к примеру…

Газеты я читаю, книги почитываю, если хватает времени. Благо, и читать-то нечего. Дело в том, что Михаил Михайлович Сперанский прочитал всё, что только было в доступе, а индустрия литературы пока не слишком развита. Так что уже ориентируюсь в этом мире, но смотрю на всё немного иным взглядом человека из будущего.

Так вот, уже навскидку я нашёл одно направление, которое никем, насколько я знаю, не занято. Крестьянин стоит до ста рублей, это некий специалист. Если с большой семьёй, до трёхсот рублей. Но тут семья должна быть всем хороша и с перспективой взрослых сыновей. Однако, только один крепостной, но повар, стоит от полутора тысяч до двух с половиной. Кроме того, таких поваров днём с огнём не сыщешь в газетах. Я нашёл три объявления, которые исчезли уже в следующем номере. Следовательно, поваров покупали сразу. Что есть повар в современном понимании? Так нужно готовить что-то такое этакое. Главное, это удивлять гостей в обед.

— Вы предлагаете учить поваров? Я правильно понял? — князь отвлёкся от негатива и с интересом слушал меня.

— Не вижу, Ваша Светлость, сложностей. У вас француз повар, но, простите, в блюдах он может быть более избирательным, чем нынче. Подучиться и ему следует. Спрашивал я у него, как делается соус де Субиз, не знает. Зато хорошо умеет готовить улиток, которые в порядочном обществе есть не станут, — говорил я. — И ваш повар стоил бы все двадцать тысяч, будь он крепостным.

— Поболее, я так думаю, — поддержал разговор Куракин. — Но селяне неразумны.

— Посмею не согласиться. Разные есть. Выбрать разумников можно и в Белокуракино. Нужно-то всего два десятка. И доход станет тогда сорок тысяч, притом, что само обучение обойдётся не более двух тысяч. Я на досуге всё посчитал, — сказал я.