Она замерла.

— Что?

— Вызвался вернуться в Дакку. Один. Найти цель, убить. Проверить теорию.

— Ты ебанулся? — голос резкий, злой. — Серьёзно, Пьер, ты ёбнулся окончательно?

— Возможно.

— Это самоубийство! Город кишит гулями! Ты один, без поддержки, без эвакуации! Сдохнешь там за день!

— Может быть. А может, нет. Если теория верна — спасу миллионы. Стоит попробовать.

Жанна встала, начала ходить по палате, размахивая левой рукой. Правая висела, бесполезная.

— Ты думаешь про других! А про себя? Про меня? Мы только что говорили про Шри-Ланку, про отдых, про будущее! И ты сразу собрался сдохнуть в Дакке⁈

— Я не собрался сдохнуть. Собрался попробовать закончить это.

— Попробовать, блядь! Ты слышишь себя? Легенда старика, которого ты видел один раз! Ни доказательств, ни плана, ни гарантий! Просто пойду и убью кого-то, а там видно будет!

Пьер встал, подошёл к ней, взял за плечи. Она дёргалась, пыталась вырваться, но он держал крепко.

— Жанна. Послушай. Я понимаю, что ты чувствуешь. Правда понимаю. Но я не могу сидеть здесь, зная, что есть шанс. Пусть маленький, но есть. Город умирает. Каждый день тысячи превращаются в гулей. Заражение идёт дальше. Через месяц дойдёт сюда, до Силхета. Потом до Индии. Потом дальше. Кто-то должен остановить это. Почему не я?

— Потому что ты нужен мне! — крикнула она, слёзы текли по щекам. — Потому что я только что чуть не умерла, превращаясь в тварь! Потому что я хочу поехать с тобой в Шри-Ланку, пожить нормально хоть неделю! Потому что я влюбилась в тебя, идиот!

Дюбуа замер. Последние слова ударили, как пуля. Влюбилась. Она сказала это. Прямо, без обиняков.

Он притянул её к себе, обнял. Она уткнулась лицом ему в грудь, плакала, била кулаком по бронежилету, который он даже не снял. Пьер гладил её по голове, молчал. Не знал, что сказать. Слов не было.

Она успокоилась постепенно, перестала плакать. Отстранилась, вытерла лицо.

— Извини. Не хотела так орать. Просто… просто страшно. Потерять тебя. Только нашла, и сразу потерять.

— Не потеряешь, — сказал он тихо. — Ещё ничего не решено. Майор сказал, передаст наверх, они подумают. Может, откажут. Может, пошлют кого-то другого. Может, вообще забьют. Не факт, что поеду.

— А если одобрят?

— Тогда поеду. Но вернусь. Обещаю.

— Не обещай того, чего не можешь гарантировать.

— Тогда скажу так: сделаю всё, чтобы вернуться. Потому что у меня есть причина. Ты. Шри-Ланка. Будущее, которое мы обсуждали. Это держит крепче, чем броня.

Она посмотрела на него, глаза красные, но решительные.

— Если поедешь — я поеду с тобой.

— Нет.