— Вчера было темно, поэтому ты не увидела, но эти столы стояли тут ещё вечером. К тому же посмотри, они все одинаковые. Сегодня здесь нет никакого праздника, они просто любят завтракать все вместе.

— Как это? Собираться всей деревней, чтобы просто поесть?

— Похоже на то.

— Тогда это всё равно праздник, — заключает Светозара. — Праздник, который проводится каждый день.

В немом изумлении Никодим стоит и смотрит, как со всей деревни к столам стягиваются люди, рассаживаются по местам. Настроение стоит совсем не праздничное: это всего лишь обыкновенный завтрак, за который последует долгий день тяжёлой работы. Тем не менее они всё равно собираются, чтобы принять пищу все вместе, это уже говорит о их желании быть одним дружным обществом. Даже не хочется разрушать такую замечательную атмосферу единения…

Вскоре появляется и сам Стихарь.

Медленно шагает со стороны своего дома, пока остальные люди следят за его приближением. За длинным столом стихают разговоры, все ждут прибытия попа. Кажется, своим влиянием он стал для них не просто человеком Господа, но кем-то вроде наставника, или даже старосты. Во взглядах чувствуется безграничное уважение.

— Чего стоите? — кричит им худой мужчина с бородой чуть ли не до пупа. — Идите за стол!

— Мы же не из Тишая, — громко отвечает Никодим.

— Здесь все могут есть! Всем пришлым рады!

Немного помявшись, к столу направляется Светозара, а следом и Никодим. Не то, чтобы им сильно хотелось есть: ягоды в животе ещё не переварились. Однако им очень нужен повод поговорить со Стихарём, и завтрак за одним столом — подходит как нельзя лучше.

— Доброго всем утра, — произносит Стихарь, усаживаясь во главе стола.

— Доброго… — бурчат люди невпопад.

— Прежде чем начнём трапезу, возблагодарим Господа. Его любовь — большее, что у нас есть. Благодарность — большее, чем мы можем ему ответить. Ведь как говорится в книге Корифинянам, или вы едите, или пьёте, или иное что делаете, всё делайте во славу Божию.

Жители снова отвечают невпопад.

Еда на столе скудная: хлеб, репа, капуста. Ни кусочка мяса, ни рыбы, ни грибов, которых сейчас должно быть много в лесу. Люди принимаются есть, в молчании, без каких-либо разговоров.

Никодим отрывает краюху хлеба, ожидая, что на него начнут бросать неприязненные взгляды… но нет. Здесь и правда рады гостям. Люди посматривают на него с улыбками, причём делают это искренне: добрые морщинки появляются у них в уголках глаз.

«Простите» , — пытается произнести Никодим, но у него горло пересыхает.

В последний раз, когда он заговорил в присутствии Стихаря, тот его так жёстко избил, что он несколько дней провалялся, не в силах подняться. У него внутри оказалась некая внутренняя преграда, не позволяющая голосу выбраться наружу рядом с этим человеком. Лаять — это да, он смог бы прямо сейчас.